Музеи… или вдохновляющая музыка The Chemical Brothers

Тот от неожиданности охнул, согнувшись пополам.

– Да отвянь ты от меня, придурок.

На Мартина было любо-дорого смотреть: с таким артистизмом он играл гестаповца. А вот из Клауса актёра бы не вышло, но настоящие болевые ощущения нивелировали этот недостаток. Его перекошенное от боли лицо быстро покраснело, а по взгляду было понятно – ему явно не хотелось ни пули, ни на балку.

Йозеф хохотал над ними, временами озираясь на ворота – не войдёт ли кто, увидев их дурачества.

– Быстрее, быстрее!

Мартин подвёл Клауса к стене и, сложив свободную руку пистолетом, прикоснулся ею затылка друга:

– Эй, еврей! Именем штокпукфюрера лагерного участка номер три ты приговариваешься к высшей мере наказания за то, что не скинулся с нами на пилзенское.

После «выстрела» Мартин дал другу пенделя, обеспечивая себя форой, и пустился наутёк.

– Сейчас я тебе дам, придурок, такое пилзенское! Будешь ссаться им весь год!

В общем, как дети малые.

После небольшой потасовки страсти улеглись – бывает такая грубая дружба.

– Куда ты, Мартин? Мы идём в крематорий, – игриво сказал Йозеф.

– Пойдёмте бассейн посмотрим.

– Ты чего, поплавать решил? Мокрый ты будешь дольше гореть…

– Он будет там с евреями пердеть, – пробурчал Клаус.

Друзья прошли между блоками, сфотографировали ужасающе длинную перспективу улицы – подумать только, сколько людей здесь томилось…

По дороге сделали несколько снимков у сторожевых башен, сыграли пантомиму, повиснув на колючей проволоке – как же без этого? – и, наконец, подошли к пожарному пруду.

– О, сфоткай меня, – передал Йозеф Мартину свой смартфон.

Йозеф, оглядевшись по сторонам – нет никого? – перемахнул через ограждение, залез на бетонную тумбу и сделал вид, что приготовился с неё прыгать в воду.

– Ну чего, всё? Я так и буду раком стоять? – с нетерпением спросил Йозеф, видя, как Мартин уткнулся в экран, не обращая внимание на его позирование.

– Подожди, я не туда нажал, – сказал Мартин, колдуя над телефоном. – Вот, давай, становись рачком; губки бантиком.

Йозеф стал принимать нужную позу, и… тут ему пришлось вздрогнуть от неожиданности. Неприятные мурашки прошли по спине.

«Уф… Что это было?» – задал он сам себе вопрос.

Его как током ударило.