Похороны охотника

– Его можно открыть, вычистить и пройти по нему до конца, посмотреть, где он выходит. Пацаны говорили, что он идет до самого Русского острова.

– Нет, даже не надейся.

– Ну, хотите, я один пойду, вы мне только доски поднимите, а я с фонариком, я не боюсь темноты.

– Нет, Славка, не хочу.

– Почему?

– У тебя же нога болит. Ты даже на физкультуру не пошел, куда тебе по подземным ходам лазать, упадешь еще…

Славка с досадой промолчал.

– Почему не ходишь на физкультуру? – настаивал с шутливой строгостью фотограф.

– Физрук меня достал, придирается, – сердито ответил Славка.

– Как же он к тебе придирается? Отжиматься заставляет? – смеялся Прохоров.

Славка уже открыл было рот, чтобы ответить, но замер и побледнел.

– Ты чего? – приглядываясь, нагнулся к нему Прохоров.

Мальчик протянул руку, указывая в сторону окна.

– Он там был, смотрел сюда…

– Кто?

– Физрук наш, Гарольд Григорьевич… – прошептал мальчик. Прохоров обернулся, но никого за окном не увидел.

– Ну и что из этого? Может, он сфотографироваться хотел?

– Зачем? – шепотом спросил Славка.

– Ну, зачем люди фотографируются? Не будь ты дураком, Славка!

– Я его вчера ночью видел. У нас во дворе. Скажите – он туда тоже фотографироваться приходил?..

– Да может он живет рядом или в магазин шел коротким путем через дворы!

– Нет, он живет на Военном шоссе, – сказал Славка, – и ходит в магазин «Горизонт» напротив.

– Живет на Военном шоссе, ходит в магазин «Горизонт», бывает у вас во дворе, похоже, ты следишь за ним, – усмехнулся Прохоров.

– Он там секцию ведет рядом, хочет, чтобы я записался.

– Ну и запишись, Славка! Я в детстве во все секции ходил и на греблю, и на стрельбу, и на плаванье…

Славка смотрел на Прохорова кисло, как смотрят дети, когда видят, что взрослые, в сущности, непроходимо глупы.

Было уже далеко за полдень, когда солнце, наконец, пробило густой туман, и город засверкал голубыми лужами и влажной майской листвой. Через дорогу от ателье молодые деревья скрывали от глаз тротуар, и только иногда в просветах зелени остро блеснут спицы детской коляски, мелькнет светлое платье или кокарда на фуражке курсанта морского училища.

До обеда у Прохорова было только трое посетителей, один сделал фото на права, двое других приходили распечатать документы на принтере. А потом за целый час никого. Но вот звякнул колокольчик, и в ателье вошла женщина в светлом платье с воланами, мужчина в костюме и девочка лет семи с двумя бантиками.