Слезы пасмурного неба

Цепляясь мыслями за отсутствие репетиции, а вместе с ней – и вообще планов на вечер, я уже томно представлял себе возвращение домой, сулившее продолжение дефицитного отдыха.

Поддавшись моему напору, тяжелая подъездная дверь медленно отворилась и впустила в мои ноздри остатки свежести, напоминавшие о ночном дожде. С порога я увидел и почерневший от влаги асфальт – прекрасный нюанс в яркой гамме, присущей осенней поре; прилипшие к нему листья выглядели своеобразным гербарием, творимым самой природой на зависть редким школьникам, расторопно семенившим через двор.

– Привет, – услыхал я, едва ступив на бугристую поверхность бетонного крыльца.

– Лена? Ты почему не на учебе? Опоздаешь!

Она стояла тут же, под козырьком – желая укрыться то ли от возможного ненастья, то ли от пугающей близости окон моей квартиры. Укутанная в черное драповое пальто, девушка напоминала крохотный манекен, выставленный на улицу каким-то модным бутиком в рекламных целях. Заложив руки в карманы и повернувшись на носочках, она вызывающе отчеканила:

– Решила прогулять.

– Пару минут, – согласился я. – Мне надо на работу.

– Почему ты не отвечаешь на мои сообщения?

– Не вижу в этом смысла.

– Ты хочешь меня за что-то наказать? Тогда просто скажи об этом, не надо молчать.

– Нет, не в этом дело… На этот раз мы не сойдемся.

Укол моих слов, казавшийся мне жестоким и болезненным, не произвел на Лену ни малейшего впечатления. Поджав губы, она покачалась на месте в непонятных раздумьях, после чего беззаботно уточнила:

– Ты уверен?

– Да.

– Больше не любишь меня?

– Не люблю.

– А можешь более убедительно это сказать?

– Я не люблю тебя. Достаточно?

– И как давно?

– Что именно?

– Как давно не любишь?

– Наверное, никогда и не любил. Мне кажется, все это изначально было ошибкой.

– Вот как?.. А зачем тогда говорил, что любишь?

– Я… верил себе в такие моменты. Я не врал – просто ошибался.

– Что если ты ошибаешься сейчас? А тогда был прав.

– Нет, сейчас я не ошибаюсь.

– Я не верю тебе.

– Это уж как хочешь.

– Значит, мы расстаемся навсегда?

– Да, навсегда.

– И вообще не будем видеться?

– Лучше не стоит.

– Понятно, – Лена говорила по-прежнему ровно, но в выражении ее лица уже читалось горькое напряжение. Я не хотел, чтобы она плакала, и в душе был очень рад, что девушка не спешит разразиться рыданиями.

– Я пойду? – произнес я, пожалуй, немного суровей, чем следовало.