Зона Справедливости

Он даже не скрывал, что считает Колодникова симулянтом, а горестную его историю – враньём, причём неумелым. Хотя следует признать, что основания у него к тому были. Побоев в области лица, как изволил выразиться вчера капитан милиции, и впрямь обнаружить не удалось. Как, впрочем, и в области затылка. Пришлось Колодникову упомянуть и о толчках локтями в рёбра, и о бичевании спины, после чего эксперт велел ему разоблачиться. На рёбрах синяков также не оказалось, а вот пониже талии удалось высмотреть небольшую красноватую припухлость, очертаниями и размерами наводившую на мысль о пряжке брючного ремня.

– Вас что, по голой… по голому телу пороли? – сердито спросил эксперт. – Штаны, что ли, с вас снимали в этой арке?

Колодников смертельно обиделся и несколько визгливым от сдерживаемого бешенства голосом объяснил, что брюки на нём во время избиения – были. И куртка была. Вот эта самая куртка… И никто с него ничего не снимал!..

Кое-как выбравшись на свежий воздух, он проклял себя за вчерашнюю болтливость и поспешил убраться подальше от угрюмого здания.

Потом ещё пришлось чёрт знает сколько торчать на остановке. Когда же он принялся в нетерпении расхаживать туда-сюда, его угораздило вдобавок ступить в канаву, прикрытую рыхлым снежком и полную ледяной воды, после чего Алексей озверел окончательно. Ну и райончик! Нет, в центре хотя бы снег иногда сгребают…

* * *

Днём арка выглядела вполне безопасно, но мерзко. Хуже, чем ночью. Серые влажные своды с непристойными надписями на двух языках (вот она, польза-то образования!), ветвистые трещины в старой штукатурке… Колодников постоял, злобно озираясь, и прошёл во двор.

Во дворе тоже ничего глаз не радовало. Серая «Волга» с промятой фарой стояла в общем ряду легковых машин неподалёку от мусорных ящиков. Асфальт возле крылечка, в которое она вписалась ночью, был полностью освобождён от плотной снежной корки и, кажется, даже выметен.

На лавочке перед третьим подъездом сидели рядком и грелись на мартовском солнышке неподвижные старухи в шубейках.

Поджав губы, они с неодобрением смотрели на приближающегося Алексея. Как всегда, он прошёл мимо них, не поздоровавшись. Был обидчив. Хватит! Поприветствовал однажды – так они даже и головы не повернули.

Колодников взбежал на крыльцо, взялся за ледяную ручку входной двери.

– Щашливчик… – шаркнуло тихонько за спиной, как по наждаку, и Алексей обернулся, оторопев.

Старухи по-прежнему смотрели на него, храня неприязненное молчание.