Тупапау , или Сказка о злой жене

И если у Толика вот так на глазах менялось лицо, это означало, что робкого Валентина опять обижают и что в следующее мгновение маленький худой Толик пулей влетит в потасовку, как бультерьер Снап из известного рассказа Сетона-Томпсона.

Лева мигом припомнил золотые школьные деньки и притих.

– Слушай, сейчас хлебнуть бы… – берясь за горло, обессиленно сказал он. – Достань, а?

– Водка на яхте, – напомнил Толик.

– Слу-шай… – выдохнул Лева. – А яхта где? Где «Пенелопа»?

Оба почему-то посмотрели на горловину бухты.

– Эх, не послушал я Федора, дурак, – с сожалением молвил Лева. – Он же предлагал: идем на яхте… Нет, надо было мне влезть в твою жестянку! Был бы уже в городе… протокол бы составляли…

– Как дам сейчас в торец! – озлился Толик. – Без протокола.

– Ребята…

…И так неожиданно, так умиротворенно прозвучало это «ребята», что оба с сумасшедшей надеждой повернулись к Валентину. Все-таки физик… теоретик…

Теоретик стоял возле сверкающей медной спирали и с живым интересом оглядывал пейзаж.

– Ребята, я все-таки с вашего позволения возьму одну «опалину»?..

И, получив в ответ обалделый кивок, направился к берегу, мурлыча что-то из классики.

– Что это с ним? – тихо спросил Лева.

Толик неопределенно повел плечом.

Валентин уже возвращался, с наслаждением попыхивая сигаретой.

– Ребята, а знаете, здесь неплохо, – сообщил он. – Вообще не понимаю, чем вы недовольны… Могли попасть в жерло вулкана, в открытый космос – куда угодно! А здесь – смотрите: солнце, море, пальмы…

Видно, никотин с отвычки крепко ударил ему в голову.

– Я, конечно, постараюсь разобраться в том, что произошло, – небрежно заверил он, – но вернуться мы, сами понимаете, уже не сможем. Ну и давайте исходить из того, что есть…

– Т-ты… ты оглянись вокруг! – Лева вновь обнаружил тенденцию к заиканию.

– Отстань от него, – хмуро сказал Толик. – От Натальи человек избавился – неужели не понимаешь?

4

Завтрак протекал в сложном молчании – каждый молчал по-своему.

– Слушайте! – побледнев, сказал Лева. – Кажется, мотор стучит.

Они перестали жевать.

– Ага… Жди! – проворчал наконец Толик.

Лева расстроенно отшвырнул пустую консервную банку.