Словесники

Словесники

Евгений Юрьевич Лукин

Лаве всегда доставалось на рынке, но сегодня ей особенно не повезло: вернулась она домой с кривой шеей, косыми глазами, одно плечо выше другого и увенчано вдобавок весьма приметным горбиком. Да еще вдобавок гнилые помидоры принесла с рынка! И теперь Радима, мужа Лавы, мучает вопрос: кто же её такой сделал, неужели Кикимора с Грачихой? Оказывается да, но им от слов Лавы тоже не сладко пришлось …

Евгений Лукин

Словесники

Солнце останавливали словом,

Словом разрушали города.

    Николай Гумилев

Лаве и раньше частенько доставалось на рынке, но сегодня… Радим даже отшатнулся слегка, завидев ее на пороге. «Ах, мерзавки…» – подумал он изумленно и растерянно.

Неизвестно, с кем Лава поругалась на этот раз, но выглядела она ужасно. Шея – кривая, глаза – косят, одно плечо выше другого и увенчано вдобавок весьма приметным горбиком. Цвет лица – серый с прозеленью, а крохотная очаровательная родинка на щеке обернулась отталкивающего вида бородавкой.

– Вот! – выкрикнула Лава. – Видишь?

Уронила на пол корзину с наполовину зелеными, наполовину гнилыми помидорами, и, уткнув обезображенное лицо в ладони, разрыдалась.

«Что-то с этим надо делать, – ошеломленно подумал Радим. – Чем дальше, тем хуже…»

Ушибаясь, он неловко выбрался из-за коряво сколоченного стола (как ни старался Радим переубедить сельчан, считалось, что плотник он скверный) и, приблизившись к жене, осторожно взял ее за вздрагивающие плечи.

– Не ходить бы мне туда больше… – всхлипывала она. – Ты видишь, ты видишь?..

– Дурочка, – ласково и укоризненно проговорил Радим, умышленно оглупляя жену – чтобы не вздумала возражать, и Лава тут же вскинула на него с надеждой заплаканные младенчески бессмысленные глаза. – Они это из зависти…

– Ноги… – простонала она.

– Ноги? – Он отстранился и взглянул. Выглядывающие из-под рваного и ветхого подола (а уходила ведь в нарядном платье!) ноги были тонки, кривы, с большими, как булыжники, коленками.

– Замечательные стройные ноги, – убежденно проговорил он. – Ни у кого таких нет.

Зачарованно глядя вниз, Лава облизнула губы.

– А… а они говорят, что я го… го… гор-ба-тая!.. – И ее снова сотрясли рыдания.

– Кто? Ты горбатая? – Радим расхохотался.