Разбойничья злая луна

Внутри металлической скорлупы на вал винта был насажен круглый моторчик. Из вала под прямым углом торчал гибкий стержень, который при вращении должен был ударять по небольшому чурбачку, производя тарахтение, необходимое для полного счастья. А сам моторчик, видимо, работал бесшумно.

Подошёл хмурый Денис и, не глядя на Мосина, предложил принять участие в эксперименте.

– Не понял, – сказал Сергей. – Какой эксперимент? А как же кино?

Денис обрадовался:

– А вот здесь ты не прав. В девятнадцатом веке кино не было.

Оно появилось где-то в начале двадцать первого.

– Погоди-погоди… – пробормотал Мосин. – Что за эксперимент?

Денис лихо сдвинул кивер на затылок и заговорил терминами – явно брал реванш за недавнюю мосинскую лекцию по истории. Сергей не понял из его речи и половины, но даже того, что он понял, ему было более чем достаточно.

– Да вы что! С ума сошли? – закричал Мосин. – Вы что, серьёзно собрались туда? В восемьсот двенадцатый?

Похоже, Денис обиделся.

– Это, по-твоему, несерьёзно? – спросил он, указывая почему-то на пушку.

Затем лицо его выразило досаду, и он погрозил кому-то кулаком.

Мосин оглянулся и вздрогнул. Его лучший друг Тоха, небрежно облокотясь о воздух, развалился в метре над землёй.

– На меня не рассчитывайте, – твёрдо сказал Сергей. – Туда я не полезу.

– «Полезу», – передразнил Денис. – Туда не лазят, а… – Он с наслаждением выговорил жуткий, похожий на заклинание глагол. – Да тебя и не допустят. Или ты хочешь быть Исполнителем?

– Нет! – убеждённо ответил Мосин.

Денис стремительно подался к собеседнику.

– Слушай, давай так, – заговорщицки предложил он. – Я – Исполнитель, Григ – Механик, а ты – Историк. Давай, а?

Мосину захотелось потрясти головой – не в знак отказа, а чтобы прийти в себя.

– Я подумаю, – очень серьёзно сказал он.

Денис посмотрел на него с уважением.

– Подумай, – согласился он. – Если будешь меня искать, то я в срубе…

И зашагал к избе, длинный, как жердь, и нелепый, как пугало.

8

Всё изменилось.

От элегантных пластмассовых кожухов и полупрозрачных пультов веяло опасностью. И он смел на это облокачиваться! Смел это фамильярно похлопывать, не подозревая, что прихлопнет он, допустим, не слишком приметную клавишу – и доказывай потом какому-нибудь Ивану Третьему, что ты не татарский шпион!

Сергей прогулочным шагом двинулся в сторону знакомого многокнопочного автомата. Возле него было как-то спокойнее – механизм понятный и вполне безобидный.