Летним вечером в подворотне

 – Откуда, зём? Гля, машины у них…

В следующий миг лица у обоих стали суровыми, глаза – зоркими, а про Царапина они словно и думать забыли. Люди бодро и бдительно несли караульную службу.

Это их спугнул возвратившийся зачем-то Аркадий Кириллович. Кажется, он был чем-то расстроен.

– Боря, – позвал он. – У вас сигареты не найдётся?

– Я не курю, – сказал Царапин.

– Я тоже… – уныло отозвался штатский. Отсвет гаснущего пожара тронул его обрезавшееся лицо.

– Не могу отделаться от одного ощущения, Боря…

«Ощущения… – тоскливо подумал Царапин.

– А ощущение такое… – Аркадий Кириллович судорожно вздохнул. – Никакая это, к чёрту, не военная техника…

Встретив непонимающий взгляд Царапина, он усмехнулся и, отвернувшись, прищурился на огромное розовое зарево.

– Ну не дай бог, если я прав!.. – еле расслышал Царапин.

– Аркадий Кириллович, пора! – окликнул кто-то из уазика. Видимо, всё тот же широкоплечий майор.

– Сейчас-сейчас! – совсем другим – энергичным, деловым голосом отозвался штатский.

– Вы же умный парень, Боря, – чуть ли не с жалостью глядя на Царапина, проговорил он. – Вы поставьте себя на их место… Откуда вам знать, что там внизу – граница? Что посадка ваша совпадает с одним из сценариев начала войны! Что нет времени разбираться, кто вы и откуда, – все удары просчитаны заранее!.. Вы хотите приземлиться, а вас сбивают! И взлететь вы уже не можете… Что бы вы стали делать на их месте? Да отбиваться, Боря! Отбиваться до последнего и чем попало!

– Вы что же… – еле ворочая языком от усталости, злобно выговорил Царапин, – считаете, что они к нам – с мирными целями?

– Не знаю, Боря… – сдавленно ответил штатский.

5

Старшему сержанту Царапину снились сугробы, похожие на барханы. Он брёл, проваливаясь в них по колено, и ногам почему-то было жарко. Бело-серые хлопья, падающие с неба, тоже были тёплыми, почти горячими. И Царапин понял вдруг, что это не снег, а пепел.

Потом с вершины самого большого сугроба на совковой лопате без черенка съехал вниз рядовой Левша. Увидев Царапина, вскочил и, испуганно хлопая длинными пушистыми ресницами, вытянулся по стойке «смирно».

– Усих вбыло… – оправдываясь, проговорил он.

Нагнулся и, опасливо поглядывая на сержанта, принялся разгребать пепел. Вскоре под рукой его блеснуло что-то глянцевое, чёрное…

– Отставить! – в ужасе закричал Царапин. – Рядовой Левша!..