Логофет базилевса

– Так, что же Ратибор, ты опять с Яровидом снюхался, учеников от него берешь?

– Так посадник, ты сам рассуди, вот если к тебе сейчас сам Яровид явится и попросит чего, что ты сделаешь?

– Свят, свят, боже сохрани, ты Ратибор скажешь тоже.

– То-то и оно, никуда мы не денемся, все, что он скажет, сделаем. Сам знаешь, что с теми было, кто против него шел. Вот и меня попросил он отрока, которого он в лесу нашел, и от смерти неминучей спас, боевому делу подучить. Память потерял болезный, кроме крещеного имени Константин, ничего не помнит.

– Константин говоришь? – посадник остро взглянул на Ратибора. – Это же где его крестили, не в Царьграде ли?

– Этого мне Яровид не говорил. А парень старательный и учится быстро, думаю, в твоей дружине лишним не будет. Есть у него хватка воинская.

– Вот это и интересно, откуда у него замашки военные. – Задумчиво протянул посадник. – Очень непонятное дело, и Яровид так просто ничего не делает. А ты заметил, на кого этот Константин похож?

– Ну, заметил, так, что теперь, мало ли на кого похожим можно быть.

А, может, и помстилось нам. Давно ведь мы того князя видели.

– да ладно, помстилось, так помстилось, пусть в дружину идет, тем более, что ты поручился.

Началась моя жизнь в дружине посадника. Мои товарищи по учебе также были здесь. Не очень понятное отношение ко мне, вскоре после нескольких хороших попоек быстро улучшилось. Тем более, что я во всю пользовался советом Ратибора и к месту и не к месту осенял себя крестным знамением. Аккуратно ходил в церковь и на исповедь, где на все вопросы попа Василия о грехах только и отвечал:

– Грешен батюшка, грешен, вчера опять молодуха какая-то приснилась, так ее только прижал и сон кончился, да вот с Митяем и Прошкой опять вчера меду упились.

А на его вопросы по поводу Яровида отвечал, что и не помню почти ничего, только, как около меня кто-то ходил, а память, так и не возвращается.

Пришла весна, тихо прошел ледоход по Волхову и вскоре в наш городок начали прибывать первые купеческие лодьи, кто с юга, пройдя из Днепра по волокам в Ильмень, а кто, наоборот, из Балтийского моря.

Со Свири также спускались лодки вепсов и карелов везущие железо, рыбу и пушнину. Купеческие дворы, которые остались целыми после зимнего нападения, уже были оживленными и полными различного люда, а вот те которые сгорели, срочно восстанавливались плотницкими артелями из Новгорода.

И скоро нам стало уже не питья медов. Множество гостей в граде много и проблем.