Тайна Кораллового города

Желаете проверить? – она подскочила со стула, готовая бежать куда угодно, только бы подальше от страшного мыша.

– Нет, не желаю, – спокойно ответил инспектор и жестом остановил заметавшуюся белку. – Полиции хорошо известно, что из португальской колонии Жабовилль на Мусорный Остров идут регулярные поставки портвейна для вашего бара. В одной из партий обнаружили закладку «Утренней звезды».

– Да как такое может быть! – взвилась Эшперанса. – Всё это неправда! Зелье подбросили!

Инспектор нахмурился и хотел что-то сказать отпирающейся белке, но тут к нему подошёл молодой коллега и тихо произнёс:

– Раджит, там у входа стоят шкуродёры и требуют, чтобы их пустили.

Мол, поступила наводка, что заметили беглого раба. Пускать или нет?

Молодой полицейский говорил тихо, но Мауи его прекрасно слышал – нервы были на пределе. Слова прозвучали как приговор. И до того, как инспектор открыл рот, Мауи вскочил:

– Я могу вам рассказать об «Утренней звезде»! Я слышал, как о ней говорили в усадьбе Сюркуфа Лефевра!

Сингх открыл рот, потом закрыл, внимательно посмотрел на Мауи, снова открыл рот и приказал своему помощнику:

– Стоян, бери эту парочку и веди в наш фургон.

Шкуродёрам не отдавай. Сам отвечаешь за их сохранность. Всё, иди! А с вами, дорогая мадам Сантуш, мы продолжим разговор здесь или в камере нашего уютного полицейского участка, – добавил Раджит. – Как вы предпочитаете?

Что выбрала Эшперанса, Мауи не узнал, потому что полицейский аккуратно, но настойчиво подталкивал его к выходу.

Александра забрала со стойки свою папку и последовала за ними.

Сразу за дверьми три крупные крысы с перекошенными от злости мордами ругались с двумя полицейскими мышами, стоявшими на посту. Те наотрез отказывались пропустить крыс внутрь, пока не разрешит командир. Увидев Мауи, крысы взбеленились и полезли вперёд:

– Да вот же он! Вот беглый раб! Давайте его сюда!

На их плащах Мауи разглядел эмблему: цепь, зажатая в кулаке. За рыбаком пожаловали ловцы беглых рабов, или шкуродёры.

Так их называли за отвратительную привычку спускать шкуру с невостребованных пленников.

Один крыс держал ошейник на длинной верёвке, а его коллеги махали лапами, норовя достать Мауи.

– А ну, назад! – крикнул Стоян. Его шерсть вздыбилась от злости, глаза сверкали яркими угольками.

Полицейские вскинули дубинки. По-честному, им хотелось врезать крысам – шкуродёров никто не любил. Вот только ловцы рабов были не готовы всерьёз драться с мышами.