Шеф-повар Александр Красовский 2

– Вадим Александрович, – доверительно обратился я к дипломату. – Вы, наверно, не полностью просмотрели мою анкету. Хотя, вполне возможно, что в неё не успели добавить новые данные. К сожалению, у меня имеются родственники в Финляндии, дальние, правда. Поэтому я сильно сомневаюсь, что ваше предложение пройдет.

Всю вальяжность моментально сдуло с лица собеседника, и даже появилась некоторая суетливость в движении.

– Как же так? – растерянно пробормотал он. – Мне же Никодимов давал твое дело на ознакомление.

Тут собеседник резко замолчал и осторожно глянул в мою сторону.

– Ну, ладно, Красовский, мы еще с тобой поговорим, а сейчас готовься, как и все комсомольцы к Ленинскому зачету.

– Конечно, – заверил я. – Готовимся, вон видите, на стене новые социалистические обязательства висят в честь двадцать пятого съезда КПСС, надеюсь их утвердить на комсомольском собрании.

– Молодец, – похвалил Крапивин и быстро покинул наше общество.

– Сейчас начнет вычислять, кто ему такую свинью подложил, – улыбаясь, сообщил Толик, занимающийся ватрушками с творогом и ни слова не пропустивший в нашей беседе.

– В смысле? – осторожно поинтересовался я, хотя все понял сам.

– Ну, как же, Крапивин рекомендует тебя на должность комсорга, человека с родственниками в капстране. И подставляется по полной программе. Во-первых, не знает анкет своих комсомольцев, а во-вторых, если знает, то что-то замышляет. Вот такие дела, – глубокомысленно закончил мой напарник.

Я благоразумно не стал поддерживать этот разговор, на фиг нужно, стучат у нас все, как дятлы, и я в том числе, но было ясно, что все это дело подстроил Никодимов.

Надо сказать, что дипломаты у нас были весьма заносчивыми людьми, а их жены большей частью еще те стервы. Поэтому они не особо снисходили до нужд и дел обслуги. Большинство из них понятия не имело, что у повара посольства имеются родственники в Финляндии. И если бы я не признался Крапивину, тот на полном серьезе, двинул бы мою кандидатуру в массы и попал.

Интересно, за что Крапивин попал в немилость к Никодимову, что тот ему такие мелкие пакости творит? – подумал я. – Метит на его место? Вполне возможно. Наше посольство еще та банка с пауками. Хотя не мое это дело.