Ковчег для Кареглазки

– Нельзя вставать, – заявляет коротышка, с брезгливостью на лице переворачивая меня набок. – Для твоего же блага.

У него грубый, глухой бас, а меня всегда удивляет, зачем природа дает такие голоса недоросткам. Я кряхчу как старик, вызывающе, как петух, приподнимаю голову над грязно-белой казенной подушкой и осознаю, что одной рукой прикован к тяжелому изголовью.

– Я у вас в плену? – дергаю наручниками.

– Вряд ли. Мы же спасли, – медик замешкал с ответом. – Хотя к тебе есть вопросы.

– Какие еще вопросы? Вы кто такие?

– Увидишь, – он улыбается, что заметно по образовавшимся складкам на голубой материи. – Не боись, мы работаем на правительство. А пока ты на лечении, то вдруг чего, я всегда рядом. Иван, – мимоходом представился он, подтягивая латексные перчатки.

– Я ничего не понимаю, – в голове застучало, к горлу опять подобралась тошнота. – Я больше не могу здесь лежать.

– А будешь! – отрезает он. – Как тебя называть, вообще-то?

– Гриша, – отвечаю я, сомневаясь, что стоит говорить правду.

Иван проследил мой взгляд и присвистнул.

– Ух ты! От рождения такое? Круто!

Сам не знаю, зачем привлек внимание к моей кожной аномалии. Наверное, хотел как-то достичь его расположения – мое родимое пятно обычно вызывало удивление своей невероятной схожестью с буквой «М». Я же раньше его просто ненавидел – как подростки ненавидят свои дефекты – и явные, и воображаемые.

– Слушай, с тобой пес был. Страшный… как и ты… – он ухмыльнулся. – Можно его забрать?

Я вспомнил про Цербера и на мгновение обрадовался – он жив, и он здесь. Сейчас чудище было единственным известным мне существом в радиусе тысячи километров. Я понял, что именно Цербер спас меня от взрыва, и именно он лизал мой нос перед тем, как явился вертолет.

– Так что? – переспросил медик, заметив, что мои мысли устремились куда-то далеко.

– Цербер – мой. Это мое животное.

– Как скажешь, – он вздохнул. – Правда, он с нашим котом подрался, и Сидоров теперь требует отправить его на блокпост. И на медчасть животных не пускают… ладно, отдыхай, – пожелал он, быстро что-то вкалывая мне в локтевую вену, хотя я пытался ему помешать.