Странный звонок

Не доезжая до развилки на Псыгып и Грунтовую дорогу, ведущую через национальный природный заповедник напрямик к Кушхэтскому ущелью, седан мигнул левым поворотником и свернул на извилистую Виноградную улицу. Долго еще пассажирка на заднем сиденье созерцала высокую бетонную стену, бесконечно тянущуюся по левую сторону. Справа проплывали девятиэтажные «свечки» микрорайона Бархатные холмы.

Сбросив скорость за покосившейся автобусной остановкой, седан свернул с Виноградной улицы в узкий проулок между домами. Кидаемая из стороны в сторону, как баржа на волнах, легковушка тяжело преодолела участок с глубокими рытвинами в асфальте, заполненными густой, темной жижей, образовавшейся здесь после ночного ливня, и наконец въехала во двор жилого дома под номером тринадцать.

Привычно припарковав автомобиль на газоне, водитель, мужчина лет шестидесяти, смуглый, будто скумбрия после коптильни, и такой же блестящий от пота, заглушил мотор. В салоне снова стало душно – дорога заняла не многим больше четверти часа, но даже за это короткое время горячее южное солнце успело раскалить металл и обшивку до предела.

Водитель обернулся назад, закинув руку на подголовник соседнего сиденья – в районе подмышки темнело расползшееся пятно, – и обратился к своей пассажирке:

– Сан Санна, мне бы того… до вечера… туды-сюды, а? – В его голосе слышались заискивающие нотки.

На заднем сиденье тяжело дышала грузная, пожилая женщина. Ее одутловатое лицо раскраснелось и покрылось испариной, а дыхание было настолько шумным, что порой из горла вырывались свистящие и хрипящие звуки, как будто там вибрировал маленький органчик.

Она так и продолжала с отрешенным видом смотреть в окно, никак не реагируя на обращенный к ней вопрос.

– А? – еще громче повторил водитель, тронув ее за плечо.

– А? Чего? – встрепенулась Сан Санна, точнее, Александра Александровна, как будто очнувшись ото сна, и посмотрела на водителя. На нее были направлены два немигающих глаза, близко посаженых к переносице, между оттопыренными ушами.

Глупее лица, по ее мнению, трудно было даже представить. Она шумно прочистила горло: – Кхр-р-р! Это самое, Кока, в шесть тридцать заберешь нас с Козиным. Это первое, первое. Второе, значит, съезди купи, как его, освежитель для воздуха в машину. Пихту купи или эвкалипт, эвкалипт… нет, купи оба, а то запашок что-то дрянноват стал. Вот. Машину помой… – Она уже потянулась к ручке дверцы, но обернулась и обескураживающе добавила: – И пыль сдуй.