Танцующая в огненном цветке

Илья и Селина обошли Цветок. Хранительница сказала: – Повторяйте за мной…

Протянула руки к цветку и размеренно заговорила:

– Именем Предвечного света. Тайным именем, которое знает мое сердце… – Приостановилась, и Илья послушно повторил слова, хотя не очень понял. Селина едва шептала.

– Прошу Тебя и Мать-Землю благословить и осенить наш брак…

Не очень похоже на церковное венчание. Но повторил и это.

– …на пять лет, и далее мы будем свободны от обета, или подтвердим его.

Хранительница повернулась к Илье и шепнула: – Возьми невесту за руки и повторяй.

Селина без видимой охоты подала другую руку, пальцы и здесь были холодные. Илья громко повторил за хранительницей: – Я, Илья Варламов, беру тебя, Селину, в жены и обещаю хранить верность в счастье и в несчастье, во здравии и болезни, а также любить и уважать тебя во все дни нашего брака.

– Я, Селайна, беру тебя, Илью Варламова, в мужья… – хмуро отозвалась Селина, а далее повторила те же слова.

Хранительница громко произнесла: – От имени Единой церкви я подтверждаю и благословляю заключенный вами супружеский союз.

Илья коснулся губами губ Селины, те неохотно отозвались.

В стене возник проем, и оттуда появились две девушки в алых одеждах и с венками из красных цветов в руках. Легкими танцевальными шагами обошли Цветок, и одна надела венок на голову Ильи, а другая Селины.

– Подойдите к Цветку, – сказала хранительница. – В этом случае вам позволено коснуться его.

Сделали несколько шагов, пламя взвилось прямо перед глазами, жара действительно не было. Илья протянул правую руку (левую все сильнее стискивали ледяные пальцы Селины) – ничего, только как будто слабая электризация. Селина вздохнула и внезапно погрузила руку по локоть в холодный огонь. Хранительница ахнула.

– Илья! – звенящим голосом сказала Селина. – Дотронься своей рукой до моей.

– Нет!.. – начала было хранительница, но Илья уже положил ладонь на кисть Селины.

– Довольно! – раздался громкий голос Ассоль. – Селина, выньте руки из огня. Немедленно!

Селина извлекла руку из пламени, увлекая и руку Ильи. Лицо было потрясенное, и такое же было у хранительницы. Она глянула на Ассоль. Та, помедлив, кивнула.