Серые земли Эдема. Избранники Армагеддона – II

 – Следуйте за мной.

Снова полутемные коридоры (я уже видел их!) и едва тлеющие лампы. Как-то неожиданно мы оказались в моей комнате, а точнее тюремной камере.

– Смотрите, – бесстрастно сказал проводник.

Я чуть не ахнул – стены внезапно сделались прозрачными, а точнее полупрозрачными, как зеленоватое стекло. Слева в другой камере кто-то лежал на койке, а справа помещение пустовало и за ним, как сквозь зеленые занавеси, виднелся верх каменной стены и качающиеся верхушки сосен.

– Здорово, – хрипло сказал я.

 – Как вы это сделали?

– Я ничего не делал, – слегка пожал плечами проводник. – Этот мир подчиняется силе мысли.

Ну и ну!

– Все равно не вижу, как отсюда выбраться. Пускай наружная стена близко, но как попасть в коридор? И там, наверное, охрана.

Действительно, в конце коридора виднелась неясная человеческая фигура.

– Смотрите внимательнее, – в голосе проводника послышалось нетерпение.

Вот оно: в зеленой занавеси, что отделяет комнату справа, просвечивает прямоугольник.

Видимо, обе комнаты соединяла дверь, а потом ее забили досками и оклеили обоями. Будем надеяться, что забили не слишком крепко.

– А как?.. – я обернулся к проводнику.

И замер, никого не было. А затем сумрак просветлел, и я снова оказался в кабинете Сибил.

– Что вы видели? – потребовала она. – На этот раз сеанс был очень короткий.

Голова раскалывалась от боли, я поднял руки и помассировал виски ледяными пальцами.

– Ничего, – вяло соврал я. – Какие-то световые эффекты, а потом страшно разболелась голова.

Сибил долго в упор смотрела на меня, так что мне сделалось неуютно.

– Ладно, – в ее голосе прозвучала досада. – Надеюсь, другой раз окажется результативнее.

Она даже не пыталась хитрить, видимо была уверена, что за ночь я все позабыл. Тот же молчаливый санитар проводил меня обратно в комнату. Я надеялся, что из-за краткости визита к «доктору» у меня останется больше времени до укола. Сразу направился к водопроводному крану, открутил трубку слива и стал осматривать стену.

Металлическим предметом легче колупать, чем голыми пальцами. Скоро нашел слегка выпуклый шов и принялся за работу. Только бы никто не посмотрел в глазок! Но кавказцы казались не особо рьяными надзирателями.

Обои отдирались легко, а кускам штукатурки я не давал упасть на пол и складывал в стороне. Довольно скоро оголил доски, и тут пришлось попотеть: железной трубкой никак не мог отковырнуть первую из них.