Под покровом тайны

Та, подозрительно оглядела все вокруг.

– Доброе утро, девочки. Валя, а тебе не судьба в двери, как все люди зайти? – тут же спросила она.

Валька ловко отбоярилась тем, что не хотела никого будить ранним субботним утром, увидела открытое окно, вот она и залезла.

Ну ладно, – подобрела мама. Я тесто для оладий растворила, сейчас напеку по быстрому, поедите, чайку выпьете и можете на пляж отправляться.

Не успела она выйти из комнаты, как Валя, попрыгунчиком, снова выскочила в окно, и залезла обратно, держа в руке авоську с лежащим в ней свертком.

Затем быстро через голову стащила сатиновое платье и осталась только в драных трусиках.

– Видишь? – сказала она. – Как грудь выросла. Давай померяемся, спорим, моя больше.

После чего мне почти в нос уперла грушевидную грудку с розовым соском.

Я молчала. А что говорить? Валька уже в прошлом году гордо бродила по пляжу в раздельном купальнике, я же надевала верх только для вида, потому, что даже нулевой размер был мне велик. В этом году ситуация оставалась почти такой же.

И если бы не Валькины уговоры, я бы ни за что пошла на речку. Хорошо, хоть мама, поняв мои проблемы, вчера подшила лиф купальника изнутри поролоном, и сейчас я собиралась продемонстрировать Вальке это улучшение.

Валька, между тем, сдернула трусики и показала пальцем островок рыжих волосков на лобке.

– Видала, как у меня волосы растут, – похвасталась она, – если мальчишки щупать будут, обязательно заметят.

– Валька, перестань говорить гадости! – завопила я, и кинула в нее подушкой.

 – Зачем парням туда лезть? Ну, ты и дура!

– Это ты дура, – сообщила Валька, быстро надевая купальник, – блаженный ты наш комсорг, ладно, не буду тебя больше дразнить, пошли лучше есть оладьи.

Она стремительно направилась к дверям, и мне опять не удалось похвастать усовершенствованным верхом купальника.

Когда мы зашли на кухню, там уже завтракал папа. Он уже переоделся в свой рабочий комбинезон, привычно пахнувший варом, и кожей.

– Здравствуйте дядя Лазарь, – поздоровалась Валька и уселась на табуретку рядом с ним.

– Лазарь Моисеевич, – умильно глядя на него, продолжила она. – Вы мне туфельки сможете отремонтировать, помните, я вам показывала?

Тот кивнул, и сказал:

– Отчего же не помнить, помню, приноси сама, или с Леной передай.

Тут мама начала снимать со сковородки скворчащие оладьи, и мы, временно отставив разговоры, принялись за них. Намазанные яблочным джемом оладьи, были необычайно вкусны.