Портной

 – Еще Карл Маркс сказал: «При ста процентах прибыли капитал попирает все законы, а при трехсот нет такого преступления, на которое он не рискнул бы пойти под страхом виселицы».

– Я вас понял, – кивнул Кицум. – Ладно, согласен.

– Отлично! – мужественные лица «братцев» расцвели широкими белозубыми улыбками. – Контракт готов. Заберем вас завтра. Какое-то время уйдет на подготовку к операции. И мы очень признательны, что вы доверяете нам, и…

– Достаточно! Всего хорошего. Мне нужен отдых, – Кицум закрыл глаза, чтобы хотя бы так убрать из поля зрения пару придурков.

Он действительно устал и, расслабившись, позволил себе соскользнуть в уютную темную бездну. Там, где нет ни Кларков, ни Клинтов, ни их контрактов.

4

– С возвращением! – злорадно хихикнул старичок в высокой остроконечной шляпе, которые, как известно, всегда носят потомственные волшебники или астрологи. Впрочем, она была единственным предметом одежды. Ее отлично заменял серый и плотный – не по возрасту – мех.

– А что, я здесь когда-то был? – Кицум с сомнением посмотрел на свои полупрозрачные щупальца – слабые и дрожащие, будто из плохо замерзшего холодца. Новая внешность стала неприятным сюрпризом. Он больше не человек. К этой мысли предстоит привыкнуть.

– Расслабься, дружок, – покровительственно похлопал по тентаклям пушистик. – Это Храм Темных Духов. Ты свой срок отмотал, а амнезия нормальна. Как воскреснете, так ни хрена не помните.

– Нет, почему же… помню! – гордо заявил Кицум. Ему хотелось поставить старичка на место. – А вы кто?

Тот выглядел, мягко говоря, необычно: шерсть, слезящиеся глаза, морщины, безволосое лицо и глупый колпак. Это сердитое и одновременно комичное существо напоминало пушистого ворчливого гнома, а Кицум вовсе не жаждал занять в этой дыре вакансию Белоснежки.

– Тот, кто встречает таких, как ты, неудачников. Тех, кто просрал всю свою ману и бесславно сдох, как собака.

«Дух», «мана»? Кицум пока мало что понимал, но с этой «шиншиллой в шляпе» лучше вести себя осторожнее. В холодных темных храмах обычно водятся пренеприятные твари. Этот, похоже, еще и заброшенный: пыльные фрески и витражи с эротическими картинками, опрокинутые стулья, затянутые паутиной, и зловещего вида алтарь с довольно спорной скульптурой.