Сотник. Бывших не бывает

Они ранили брата Феофана, но мальчишки сумели убить двух разбойников и одного ранить, а после этого кликнули стражу…

– Однако! – Меркурий удивлённо вскинул брови, – Отроки, похоже, и впрямь не простые – положить вооружённых разбойников не шутка. Интересно, каковы же тогда их отцы?

Но Илларион, увлеченный своей идеей, продолжал рассказ:

– Стража схватила татей, при обыске у них нашлись краденые вещи и колдовские предметы. Причём не для каких-нибудь любовных приворотов, а для смертного колдовства.

Под пыткой раненый разбойник покаялся и обещал указать дорогу к языческим капищам, а два его товарища – старик и девка – только изрыгали хулу на Господа…

«Ты веришь в колдовство?! В эту чушь? Похоже, сказки про Палатий вовсе не сказки!»

– Что с ними стало?

– Старика и девку владыка приговорил к очищению огнём и передал в руки светской власти, а проводника я приказал повесить, когда надобность в нём отпала.

– Ты хочешь сказать, что владыка верит в такую глупость, как колдовство?![22 - Действительно в то время православная церковь в колдовство не верила и осуждала это суеверие.

Чудеса случаются лишь особым Божьим соизволением, а силы зла действуют только человеческими руками через смущение человеческого разума – такова была официальная доктрина.] – изумился отец Меркурий. – Это суеверие осудили лет сто тому назад!

– Владыка, конечно, болгарин и мог набраться всякой дряни у богумилов, но не думаю. Он просто решил с помпой поджарить языческого жреца.

По мне так зря! Надо было тихо удавить и забыть!

– Почему? – спросил было отец Меркурий, но передумал. – Да чёрт с ними! Одни разбойники сгорели, а другой сумел взять щедрую плату за свою жизнь, но мы говорим не о них, а об отроке Михаиле и его деде.

– Я помню. Но это как раз имеет касательство к деду. Когда скоморохов сжигали, старик, сгорая, славил языческих богов. Кентарх Кирилл был среди тех, кто, стоя в толпе, подпевал ему. Мне доложили достойные доверия люди.

– Значит, он тайный язычник? – насторожился отец Меркурий.

– Здесь все тайные язычники в той или иной степени, включая и князей, – Илларион усмехнулся. – Привыкай, брат мой во Христе. Свет истинной веры борется в душах этих людей с поклонением бесам, которых они считают богами предков. Нам предстоит ещё очень много работы. Только, оплитарх, не забудь случайно, что кентарх Кирилл, или вернее называть его теперь патрикий Кирилл, воин до мозга костей.