Воин ПрАви

И еще он сказал, что ты не такой воин, чтобы просто исчезнуть. Сказал, что ты рано или поздно вернешься, и что он это чувствует. Оставил свиток и уехал.

– Свиток?

– Предслава, принеси свиток Гологоля.

Девушка подала, что просили.

Дмитрий сломал печать и развернул лист.

«Путь, по которому ты идешь, тяжел и сложен. Не каждый готов и в силах его преодолеть. Ты тот, кого избрал сам Вышний. Тот, кому суждено пасть за веру русскую. Тот, кто никогда не сойдет с Пути ПрАви. Но тебе нужны знания. Найди меня в Москве.

– Прочти, – Дмитрий подал свиток Анастасии. – Когда лежал раненый, то дед волхв наговорил много необычного. Что-то похожее на это. До сих пор пытаюсь разобраться в его речах и не могу. Настя, ты не знаешь, как там мой отец?

Она вдруг уронила свиток.

– Я думала, ты знаешь, – прошептала Анастасия. – Они сгорели месяц назад. Только ваш дом и все. Словно кто-то поджег.

В голове Валуя потемнело. Кулаки сжались, челюсти заскрежетали.

– Вот значит, как, – после долгого молчания произнес он.

– Племянник твой – ВорОта.

– А почему не Андрей? Он ведь должен наследовать!

– ВорОта отобрал все и выгнал его. Хотел убить, но люди помешали.

– Где он сейчас? ВорОта?

– Вчера приехал в город. Сватается к Любаве.

– К Любаве? Как это? Она же невеста Андрея! Значит он у нее? Еду немедля.

Любава была дочерью обедневшего князя Гостослава, очень дальнего родственника новгородских князей. Об этом, наверно, помнили только они.

Валуй ворвался в дом Гостослава и, несмотря на противодействие челяди, ввалился в трапезную.

– Не ждал? – грозно сверкая очами, Дмитрий поднял за грудки прямо из-за стола, перепуганного и совершенно бледного ВорОту. – По что Андрея обидел? Богатства захотел? Так держи, от всей души даю!

Мощный удар опрокинул ВорОту вверх ногами, кровь брызнула во все стороны.

Гостослав и челядь все еще пытались унять Валуя, но он их словно не замечал, отмахиваясь как от назойливых мух. Перепуганная Любава забилась в угол.

Валуй взял со стола кубок с вином и опрокинул содержимое в рот. Нашел глазами Любаву, подошел к ней.

– Не бойся. Насколько я помню, ты невеста Андрейкина. А по сему негоже устраивать здесь смотрины. Слышь, дед?

Гостослав упал на колени.

– Не губи, Димитрий. Я виноват во всем. Настоял на этом. Не губи Любавушку.

Валуй вдруг враз утратил весь гнев.