Тиамат

В Тиамате же его находил Перст Судьбы – бездумно галлюцинирующее существо, грезившее в запутанных чертогах сознания.

К счастью, для меня сделали исключение. В Тиамат я пришел полный надежд и с приличной суммой на счете. Казалось, дело пойдет. Но оно не пошло. А всё потому что люди другие. С волчепесами мне было проще. Здесь же приходится работать с тем, что дадут.

Союз совершенно разных существ далеко не всегда бывает удачным. Дух-пилот и питомец – не ловкий матадор с разъяренным быком. Не всадник на диком коне, а общее пространство ума, которое делят друг с другом.

При первом контакте надо быть осторожным, но после Цинты я слишком верил в себя.

Опыт опирается на интуицию, а ее не хватило. В мареве чужого сознания обычные навыки бесполезны. Пластичность и воля – вот что делает духа пилотом. Я спешил, привыкнув к грубоватым и психически крепким умам, а у людей всё нежнее и тоньше. На ментальном уровне человек, как хрупкий сосуд. При резком расширении он быстро треснет, а с такими дефектами недолго живут.

Мой первый питомец буквально трещал от напора, но я давил и давил. Результат был плачевным: он впал в безумие. Со вторым обходился помягче, но и его одолела тоска.

Я далеко не сразу понял, что делал не так. Ведь на Цинте мой метод работал. Ошибка в том, что сразу пытался взять быка за рога. Мне был нужен мудрец, еще лучше – пророк. На меньшее был несогласен. Потому и пришел в Тиамат.

Как такого взрастить? Это непросто. Рецепт просветления вроде бы есть, но работает он всё реже и реже.

По слухам, просветленных раньше было не счесть, но мир деградировал, поэтому к святости надо толкнуть. Обычно невзгодами, через отречение и внутренний кризис. Духовный поиск требует разочарования, пресыщения тщетой. Довольный человек ничего не будет искать.

Пожалуй, вот тут пережал. Потеряв старые ориентиры, питомец не добрался до новых и обезболивал страдания пивом. Я ослабил напор, но следующий оказался чрезмерно агрессивен и туп. Он бездарно погиб в бессмысленной схватке. А вот пятый был слишком осторожен и труслив для истин, требующих авантюризма и хоть немного отваги.

У шестого возник шизофренический синдром. Поразительно, но человек слышал мой голос, даже когда я сидел наверху.

Денег почти не осталось, когда Санг-Чунь предложил мне уникальную особь. Мальчик сидел посреди болота в цветке белого лотоса, словно высокое божество. Босс грозил передать ребенка другому, и акции пришлось разделить пополам. Именно поэтому он смог пропихнуть к нему Сири.