Рарник

Мысленно ухмыльнувшись, я почти беззвучно собрался в массивную громадину за ее спиной. Скрип снежных кристаллов переходил в треск пламени и грохот разрываемой горной породы – в такой какофонии услышать стук камней почти невозможно.

Тяжелые булыжники нависли над девушкой, словно спрашивая разрешения, но я все еще медлил.

Золото, забранное в два детских хвостика, трогательная родинка на шейке, хрупкие ключицы, крохотные красные стеклышки в маленьких ушках…

Я чувствовал себя так, словно хочу ударить ребенка.

Нет, это же наваждение! Надо бить! Передо мной безжалостный и хладнокровный монстр, прямо сейчас выжигающий моих каменных братьев!

Я решительно поднял камни повыше.

Вот, сейчас!

Нет, не могу! Слабак!

Что-то внутри яростно протестовало. Но не потому, что мне стало жалко врага. Да, он жесток, умен и заслуживает уважения, но никак не жалости. Просто чертова ведьма слишком красива! И казалось, что это неземное совершенство обладает некой сакральной и самостоятельной ценностью, разрушить которую было бы святотатством.

В этот момент девушка что-то почувствовала и обернулась. Я стоял почти вплотную – в ее взгляде мелькнуло удивление, но не страх. Какое-то время мы просто смотрели друг на друга. И вдруг она закрыла глаза и закричала – пронзительно, страшно, совсем по-звериному.

Трудно поверить, что человеческое горло способно издать такой вопль. Нет, это не было криком ужаса и отчаяния загнанной жертвы – это был настоящий боевой спелл[11 - Заклинание.

Но все сложилось иначе. Этот дикий крик лишил меня контроля над телом, и я почувствовал, что энергия, связывающая его части, исчезла. Камни отделялись друг от друга и падали, а два из них висели прямо над головой ведьмочки. Бедняжка продолжала истошно вопить, и они опустились сами собой, с неприятным хрустом размозжив ей череп.

Через несколько секунд вернулась способность к движению, но от меня ничего уже и не требовалось. Прежде так восхищавшее тело казалось сломанной куклой, потерянной меж забрызганных кровью камней.

Пусть невольно, но все же я убил этого монстра. Поразительно, но самым опасным оказалась не смертоносная магия, а отравленная красота, парализовавшая волю и разум. Идеальное женское тело – эффективное оружие подчинения. Я едва не погиб, поддавшись его чарам.