Горькие травы Чернобыля

Хорошая штука – термос. Держит воду холодной и не пускает внутрь вездесущие гамма-лучи.

– Значит так, – веско сказал Володя, снимая полиэтиленовую головку с датчика радиометра, меняя её на новую, чтобы датчик не накапливал «грязь».

– Повторяю в сто первый раз – города бояться не надо. В первые дни там был ад, а теперь, скорее, чистилище. Дороги неплохо отмыли. Воздух более-менее чист. Если ветра нет, респираторы можно будет снять. Но! Сильно фонит пыль и почва, а также всё, абсолютно всё, что находится на улицах.

Климчук, прищурившись, посмотрел на меня и с нажимом в голосе продолжил:

– В палисадники не заходить, в траву не лезть, ногами по пыли не топать, с земли ничего не поднимать и «сувениров» из города не брать. За непослушание – расстрел.

Все рассмеялись. Я насупился: кажется, меня все считали малолетним дурачком.

– Скажи лучше, чего намерил-то? – спросил Шебаршин, самый молчаливый из всей компании.

– Грунт 50 рентген, асфальт примерно 20, – лениво сказал Володя. А вот воздух – сто.

Кажется, машину слегка тряхнуло, потому что все вздрогнули одновременно и квадратными глазами уставились на Климчука.

– Сто миллирентген в час, – садистским тоном объявил Климчук, – в городе между домами, думаю, будет меньше.

Все опять рассмеялись. Отец зачем-то открыл кофр кинокамеры, щелкнул замком:

– Может уже закроем лекцию и поедем?

– Куда изволите? – шмыгнул носом Климчук. – Направо дорога на станцию, налево, через путепровод, – Припять.

– В город, – решил отец. – Немного поснимаем, там посмотрим.

Никто не возражал. Стартёр молодецки взвизгнул и двигатель запустился молниеносно.

– Движок – зверь, – гордо сказал Климчук, – ребята в Киеве перебирали. И машинку хорошо почистили от «грязи».

– Хорошо, хорошо, а три рентгена вынь да положи, – сердито сказал Лельченко.

– Так это сегодня на трассе насобирали, пылюки-то сколько,

– обиделся Володя.

«Рафик» тронулся и стал быстро набирать скорость.

Через пару минут мой взгляд уперся в красивую вывеску с правой стороны шоссе: «Чернобыльская АЭС им. Ленина». Вдали, наверное, километрах в трех, среди крон деревьев, был хорошо различим знакомый по репортажам программы «Время» ослепительно-белый комплекс атомной станции. Его окружали ажурные мачты распределительных ЛЭП, по которым давно не бежал ток.