Диверос. Книга вторая

Ваши ученые были абсолютно правы, Грейцель: Хаос действительно проник в наш мир через эти врата. Прямо из окружающей Бездны, миновав все барьеры.

– Хаос – враждебная для этого мира сила, – заметил Кин Зи. – Явно ее количество было невелико – иначе Диверос просто был бы сметен. Оказавшись в чуждых для себя условиях, она должна была бы сразу быть обнаружена и уничтожена.

– Если бы не…? – спросил Сандар.

– Если бы не была до нужного времени скрыта в чем-то, – вдруг сказала Мэй Си.

– Или в ком-то, – добавил Тэй Зи.

– Хаос не сам проник на Диверос через врата, – прошептала Грейцель. – Нойрэ принесла его. Он был в ней. Поэтому его источник и не удалось обнаружить.

– Именно так, – Сандар поставил свою чашку на стол. – Ни Энрос, ни Энлиан, ни, тем более, их дети, никогда не контактировавшие с Хаосом напрямую, ничего подобного и представить себе не могли и готовы к подобному не были.

– Но неужели никто не смог ничего заметить? – решил присоединиться к разговору Девирг.

– Справедливый вопрос, – кивнул Сандар. – Однако спросите у ваших друзей санорра, и они расскажут вам, что Хаос никогда не приходит как враг. Мудрому он предлагает знания, благородному – силу карать зло и защищать справедливость, талантливому дарит несравнимое ни с чем вдохновение. И он никогда не принуждает, лишь предлагает: вот, возьми то, что тебе нужно.

Он поднялся с кресла.

– Только потом, когда все закончилось, стало понятно, что старый мир умирал очень медленно. Долгие, очень долгие годы он бился в агонии и, как ни странно, она была яркой, словно падающая с неба звезда. Это было невероятно. Музыка, искусство, поэзия… какие удивительно прекрасные шедевры появились тогда! А как шагнула вперед наука! Сейчас вы даже представить не сможете, какие невероятные изобретения появились в это время, какие открытия гибеноры совершили! Как по настоящему всеобъемлющи стали их знания.

– Кое с чем нам довелось встретиться, – хмыкнула Вейга, жуя печенье.

Сандар покачал головой.

– Это были лишь примитивные машины. Мощные, несокрушимые, но грубые, по сравнению с тем, что гибеноры смогли тогда создать.