Рехан. Цена предательства

Пашка улучил несколько секунд и забежал в туалет, глотнуть холодной воды из-под крана. Сзади хрястнул по шее неслышно подошедший Первый сержант. Пашка поперхнулся.

– Сколько раз, Пашков, вам говорить, чтобы не пили воды на занятиях? – спросил он у вытянувшегося в струнку солдата. Пашка моргнул, на душе стало тоскливо. А когда ее пить, если занятия продолжаются круглые сутки? Будто сам не знаешь, сержант.

– Давай в зал, строиться, – махнул рукой Первый и вышел.

В раздевалке Андрюха быстро и зло завязывал шнурки на стоптанных кедах.

– Хана опять нам всем, – сообщил мрачно Пашке, – Летеха здесь…

Стало еще тоскливее. Летеха, как звали между собой бойцы старшего лейтенанта, командира учебного взвода, слыл натуральным зверем как в обращении, так и в обучении. Всегда баловал своих бойцов всякими примочками в плане тренировок, физухи и рукопашного боя.

Сейчас он проводил тренировку с дедами во второй половине зала. Несколько пар вели жесткий спарринг на татами, некоторые колотили многочисленные груши и макивары, а кто отрабатывал боевые связки и комбинации на лапах с партнером или вели воображаемый бой с тенью.

Учебный взвод выстроился в первой половине зала, напряженно глядя во вторую. Если Летеха не дает покоя дедам, то что же говорить о них, смертных.

Лейтенант огромными, бесшумными шагами подошел к строю, оглядел цепкими черными глазами замерших солдат.

– Учебный взвод специального назначения с тактических занятий прибыл, построен на занятия по рукопашному бою в количестве девяти человек.

– Вольно, – сказал Летеха и поморщился, – слушай, Соловей, какие-то они у тебя еще не уставшие, а?

– Виноват, – еще больше насупился Замок.

– И где еще люди? – продолжал Летеха, – если мне не изменяет память, то их должно быть тринадцать.

– Двое в наряде по группе, один с черепной травмой в медчасти, еще один – там же, со сломанной ногой.

– Буйвол постарался, – заметил Летеха, – так и говори.

Замок усмехнулся уголком рта и пожал плечами.

Командир взвода вцепился глазами в строй.

– Бабаев!

– Я!!! – Бабай пытался придать голосу нужную твердость, получилось плохо.

– За что Старшина сломал ногу твоему товарищу? – вкрадчиво спросил у солдата.

Бабай замешкался на секунду. Строй замер. Замок тяжело посмотрел на молодого, ноздри начали раздуваться.

– А… Это… А разве он не сам ее себе сломал? – вперил хитрые азиатские глаза в своего командира.