За гранью искажения

 – Синод закроет глаза на то, что вы старовер только в том случае, если в скором времени вы возведёте в Речье храм Тиусу для наставления подданных…

Дверь одинокого домика отворилась, и отец Ристи замолчал. Капитан хотел что-то сказать, но, заметив святого отца, промолчал, ткнув Рустаму помятый свиток. Кивнув, капитан быстро скрылся в доме, прикрыв за собой дверь.

– Я подумаю, – сказал Рустам. Подхватив вещи, он спустился с крыльца и чавкая сапогами, направился в город.

– Подумай, пока есть время, – тихо сказал отец Ристи, глядя Рустаму вслед. – Когда под твоими ногами разгорится огонь, времени на раздумья уже не будет.

Глава 7

Поблуждав около часа по улицам, Рустам остановился под деревянной вывеской «Таверна Нор». Потянув за стальное кольцо на деревянной двери, Рустам шагнул в тёмное помещение и глаза заслезились от спёртого воздуха и дыма.

Пять факелов, размещённых по периметру, освещали шесть грубо сделанных прямоугольных столов с лавками и длинную стойку, за которой стоял полный мужчина в промасленной одежде.

Рустам прошёл к барной стойке и, поставив под ноги вещевой мешок, обратился к бармену:

– Мне нужна комната на пару дней, – произнёс Рустам, сожалея, что забыл уточнить у Марака стоимость таких услуг.

– Ночь – два серебряника, – ответил бармен, блуждая взглядом по гостю.

Усмехнувшись, Рустам поднял мешок и направился к выходу. В данный момент это был верный способ проверить названную цену.

– Серебряник, – услышал он голос бармена. Остановившись на мгновение, Рустам двинулся дальше. – Пять медью, но это без завтрака.

– Другое дело, – отозвался Рустам и вернулся к стойке. Позвенев кожаным мешочком, Рустам достал одну монету и кинул её на стойку. – Двое суток.

– Второй этаж, третья дверь справа, – монета исчезла, и появился погнутый ключ. – Что-то будете заказывать?

Ничего не ответив, Рустам взял ключ и направился к лестнице, которая приняла его с ужасным скрипом. Удушающий запах нечистот заполнял и второй этаж таверны.