Джим. На стыке Империй

Фрегат слегка вздрогнул, и на центральном гало-экране появилась визуальная картинка. От корпуса корабля отходил прямоугольный тёмно-серый предмет.

– Зонд дальней связи сброшен, начинается процедура развёртки, – прокомментировала Амели свои действия. Джим на экране видел, как боковые стенки зонда подобно гигантскому цветку начали раскрываться в разные стороны. Процедура подготовки к отправке сообщения заняла почти час. Зонд практически перестал быть виден визуально, и только его схема вращалась на малом информационном экране.

– Зонд к отправке готов, – Амели подтвердила мысли Джима.

– Отправляй, – визуально это никак не проявилось. Только на малом экране появилась подтверждающая надпись, что информационный пакет отбыл.

– Вот и всё. Обязательства выполнены, долги розданы. Теперь мы можем приступить к спасению своих жизней, – сказал Джим, внимательно всматриваясь в центральный гало-экран, на котором уже можно было рассмотреть останки военных кораблей.

– Через десять минут мы войдём в зону поражения орудийных платформ, – предупредила Амели, устало сидевшего в кресле пилота и заметно осунувшегося Джима. Десять минут назад он закончил полное освоение информационного кристалла по ремонту малых и средних кораблей, поэтому визуальную картинку воспринимал ещё с трудом. – Последние двое суток сканирование нашего корабля было прекращено.

– Скоро всё прояснится… – сказал Джим, продолжая бороться с изнуряющей головной болью. Она была такой нестерпимой, что он бы не сильно расстроился, если бы одна из орудийных платформ прекратила его мучения.

– Зафиксирован луч прицеливания, – голос Амели был очень напряжен. На центральном гало-экране визуально ничего не поменялось. Через пять минут они войдут в сектор поражения орудийных платформ. Если всё пройдёт нормально, то им ещё почти две недели двигаться по инерции до основных останков кораблей.

Джим ничего не ответил, да и что можно сказать. В их положении оставалось просто ждать и верить в правильность расчётов и собственную удачу.

– Входим в сектор, – произнесла Амели.

В центре управления фрегата повисла напряжённая тишина. Когда прошла первая минута, Джим задышал более спокойно, а на пятой минуте позволил расслабиться и отпустил подлокотники пилотского кресла.