Ветлуга поёт о вечном

Ну а час мой последний ещё далеко…

– Как же можешь ты знать и о часе своём?

– Как я знаю? Я долго на свете живу…

– Что же знаменье значит? – вновь Тихон спросил.

– Что б готовы вы были к дерзаньям своим.

– Да к каким же дерзаньям?..

– То скажет вам ночь…

А теперь – поспешайте, я – следом приду.

Да Пафнутию – низкий поклон от меня!

– От кого же поклон?

– Дед, скажите, идёт,

А на посохе – сокол. Поймёт он и сам. –

И друзья поспешили опять в монастырь.

3. Глаголил им игумен тихо…

За оградой высокой движенье кругом

Пребывало большое, бурлило, текло.

Так в Николо-Корельской обители всё

Суетилось с утра: все – в работе, в делах.

К освящению храма готовились все:

Те, кто в службах участвовать будут, и те,

Кто другим послушанием занят весь день.

Три монаха, оставив у келий бельё,

Не развесив сушиться, в волненьи большом

Поспешили к игумену с вестью своей.

Старца в келье застали. И он, как и все,

К освящению храма готовил себя.

Облачиться помощник ему помогал

Для торжественной службы. Монахи вошли,

Поклонились учтиво, и он им – в ответ.

– Что вам, братия? Вижу, у вас на душе

Неотложное что-то, – игумен сказал. –

Ты, Варнава, начни. –

И, поклон опустив,

Так Варнава рассказ свой короткий повёл:

– Мы бельё полоскали… увидели вдруг:

Быстрый сокол стрелой над водой пролетел,

А потом в ясном небе – раскат громовой…

– Гром я слышал, – игумен Пафнутий сказал.

– А потом в вышине, между двух облаков,

Среди ясного неба увидели мы:

Человеческий облик едва проступил;

А потом всё ясней и яснее… и вот,

Среди двух облаков плыл в лазури небес

Дивный старец седой и, подняв два перста,

Словно мир под собой он хотел окрестить…

Но потом вновь раздался раскат громовой

И виденье исчезло среди облаков…

– Дивный старец седой?.. Не узнали его?

– Не узнали, отец настоятель. Не дал

Разумения Бог. На иконах святых

Облик этот не видели ранее мы… –

Сдвинул брови игумен Пафнутий, умолк

И задумался, глядя в резное окно.

– Мог бы я, если будет позволено мне,

Написать облик старца, – тут Тихон сказал. –

Я запомнил его…

– Хорошо. Напиши…

– А ещё, – вновь Варнава монах продолжал, –

По дороге в обитель, у поля овса,

Повстречался нам старец марийский один.

Он видение видел, и он подтвердит.

Он сказал, что дерзанья оно нам несёт.