Атмосфера в дымной палитре

Она стояла и смотрела на Войда, пока тот смотрел на монитор, но ничего не делал, ожидая, когда уйдёт девушка, которая хотела бы никогда не уходить от него дальше, чем на расстояние разброса капель крови вырванного и растоптанного сердца.

«Точно.. Он ведь.. Войд же не умеет обижаться.», – пытаясь успокоить себя, сбить жар эмоций и порвать цепи совести, размышляла Кэрин: «Он всегда безэмоциональный и чёрствый, пустой и серый, а я, глупая, думала, что обидела его.

Постепенно сбрасывая ярко-красный окрас лица, меняя его на привычный бледно-белый, и пытаясь перестать смущаться, Кэрин забыла о ходе этой нервно движущейся по кругу день за днём стрелке.

– Ты что-то хотела? – вырвал из тысяч хитросплетений всё новых и новых поворотов её мыслей голос Войда девушку.

– Да.. Я хотела предложить поо… – пробовала привести всё к совместному обеду девушка, но от ускоренного обращения краски внутри её тела и слишком уж детского восприятия мира, щёки её запылали, а светло-прозрачные, голубые брызги в её глазницах забегали и случайно остановились на мониторе парня, из-за чего она и дала отбой пехоте слов, приказав ожидать указаний в тылу, а вместо них резко материализовался из ещё совсем некрепких, новоиспечённых цепей ревности вопрос – Слушай, а кто такая Хэпина Лост? —

После этих слов Кэрин увидела никогда ещё не виданные никем в этом офисе, никем за последние десять лет в этом мире воспоминания Войда Лайфа, отражающиеся в мокрых и бесцветных разрезах на его щеках, которые появлялись из-за того, что ледяная корка таяла, топился лёд, а следовательно и то, что за ним скрывалось вышло на свет.

Он сидел и смотрел на монитор, а изображение изредка мелькающего серыми тонами экрана смотрело на него, или же нет. Чёрные буквы с белого фона заглядывали прямо в парня, пробиваясь сквозь густые ручьи и озёра в глазах.

Капли падали на рабочий стол и разбивались разлетаясь по всему свету, но на самом деле на пару сантиметров.