Смертельный дубль

– Ну а с убитым Баклажановым, конечно, хорошо были знакомы?

– Не так чтобы хорошо – общались изредка, но только здесь, в этих стенах… Даже, скорее, в этом кабинете… Сами понимаете, режиссеры – такой народ… Либо они дома сценарий пишут, либо на съемочной площадке кино снимают… Особо их и не узнаешь… То есть я, как директор, имею куда меньшее представление о Баклажанове как о человеке, чем, например, актеры, которые у него снимались, или члены съемочной группы…

– Да, это понятно, – согласился Жаверов.

 – Всех их мы еще опросим. А вам, стало быть, совершенно нечего сообщить следствию?

– Боюсь, что нет, – вздохнул директор. Видно было, что ему очень хотелось быть полезным и что его расстраивала собственная в данном случае бесполезность.

– Скажите, а легко ли постороннему человеку попасть сюда, на «Мосфильм»? – спросил майор.

– А вы думаете, это сделал посторонний? – посмотрел на него Сизов.

– А вы думаете по-другому? Кто-то из своих?

– Нет, как раз то, что это сделал кто-то из наших… нет, такое у меня в голове не укладывается… А проникнуть – да, при желании мог и посторонний… Ну а куда у нас посторонний не может проникнуть? Тем более здесь ежедневно столько народу… Я бы даже сказал, что не сомневаюсь, что это сделал именно посторонний! – уверенно заключил Сизов.

Майор молчал, и директор решил развить свою мысль: – Здесь ведь у нас огромный простор… Вся территория – тридцать пять гектаров… Масса возможностей спрятаться, затаиться… На «Мосфильме», как говорят, есть места, куда не ступала нога человека…

– Да, об этом мне уже доложили, – хмыкнул Жаверов.

 – Стало быть, установить здесь у вас жесткую пропускную систему затруднительно?

– Весьма затруднительно, – подтвердил Сизов. – К тому же, если кто-то захочет остаться совершенно незамеченным, он навряд ли пойдет через главный вход… Так что эта мера была бы даже и напрасной… Но, товарищ майор, – вдруг осекся директор, – ведь убийство уже произошло… И убийцы, конечно, очень давно тут нет.

И едва ли он вновь сюда пожалует…

– Как знать, как знать, – отозвался Жаверов.

– Или вы полагаете, что такое может повториться? – Сизову стало не по себе от этой мысли.

– Ничего не могу сказать, пока мы хотя бы не узнаем, за что убили режиссера, – сказал майор, вставая. – Ну что ж, Николай Трофимович, не стану вас больше отвлекать. Будем держать вас в курсе, могу заверить, что это дело не останется нераскрытым.