Оленька

Просил вернуться, Саша не вернулась.

Стал чаще пить, – вся жизнь перевернулась.

В конце концов, остался не у дел.

8

Из школы выгнали, работал, где придется.

Все думал: как-нибудь да обойдется.

Еще и молод, и не так дурен.

И тетя Сима сына поощряла:

Поила, от девиц оберегала,

И, как бычок послушный, сдался он.

9

Ах да, я не сказал, что тетя Сима

Была порою так невыносима,

Что парня до истерик довела.

Порой, во всём Валерку обвиняла,

Жила без мужа, часто выпивала.

Она его к вину и привела.

10

И мы с Валеркой тоже выпивали, -

Он старше был, а мы забот не знали, -

Все думали, что истина в вине.

Но тут случился кризис, смена власти,

Россию стали раздирать на части,

Жизнь наступила, как в кошмарном сне.

11

Такое было время – век суровый.

Готовили Россию к жизни новой:

Политики – кто в лес, кто по дрова,

Что в басне той, где лебедь, рак да щука.

Народ нищал, нищала с ним наука,

И только вор имел на все права.

12

Валерка наш остался без работы.

Вот тут и начались его заботы.

Он стал серьезен, даже бросил пить.

Да и тоска по Саше притупилась.

Нам часто срок оказывает милость,

Скрывая горе в Лете, чтобы жить.

13

Лавров Сергей Андреич, что над нами

С супругой жил и дочерьми, утрами

Любил Валерке преподать урок.

И часто, по пути до остановки

Учил его, как жить. Валерка ловко

Кивал в ответ, да шел урок не впрок.

14

Лавров ему подкидывал шабашки,

Платил за них. На хлеб да на рубашки

Хватало парню, хоть не шиковал.

Перепечатывал его стихотворенья,

Покорно слушал все нравоученья

И мыслям спорным воли не давал.

15

Что спорить с тем, кто лучше нас устроен?

Сергей Андреич был высок и строен,

Имел доход: он чем-то торговал;

Писал стихи и посылал в газету,

И даже, я скажу вам по секрету,

Он где-то что-то как-то воровал.

16

Но все же он считал себя поэтом.

Мечтал о книжке. Да еще при этом

Любил, чтоб все в нем видели Рембо.

А критику терпеть не мог ужасно,

И спорить было с ним, увы, напрасно.

Он в гневе мог вам сделать и бо-бо.

17

Таков был наш Лавров. Хотя, признаться,

Вполне с ним можно было уживаться.

И добрым быть он мог, когда хотел.

Валерка с ним не ссорился, не спорил.

И тут был повод, о котором вскоре

Я расскажу уж, если буду цел.