Магеллан. Часть II. Егерь

С одной стороны, это здорово, что мне довелось увидеть то, о чем другие сотрапезники лишь судачили за чашкой горячего чая, но с другой – обстоятельства, при которых мне довелось узреть это чудо, не сильно радовали. Я не мог ни убежать, ни спрятаться. Мне некому будет передать свой опыт, свои ощущения. Да и кто, собственно, сможет поверить маленькому несмышленому последышу? Взрослые сотрапезники? Их дети? Даже если я и выучусь их языку, всерьез мои слова никто не воспримет. Скорее высекут за то, что посмел своим ртом нечистым вести с ними речи.

Я не понимал, почему меня так сильно занимал вопрос общения с бывшими хозяевами. Мой затухающий разум, похоже, цеплялся за мелочи, стараясь не угаснуть окончательно, но все было тщетно. Сейчас эта огромная птица разнюхает, что к чему, и склюет нас с Германом живьем.

«Ну и хорошо, – обрадовался я, – и замечательно».

Смерти от лап свирепого хищника не чурался даже сам Курьма. В нашем поселении почиталось за честь пасть на охоте от лап белого демона или в бою с сотрапезниками других кланов.

Такая героическая смерть вполне меня устраивала. Тем более, я и так понимал, что замерзаю насмерть. Жаль только, никто не увидит, как маленький последыш уходит в царство черни навсегда. Жаль, что кормилица моя так и не узнает, что ее последыш заговорил перед тем, как погибнуть.

***

– Где ты откопал этого заморыша? – голоса доносились до меня откуда-то издали, словно я был заперт в какой-то бочке. – Ему же от роду лет пять, он ведь даже не корелл. Они такими маленькими не вылупляются.

Голос принадлежал женщине. Я не совсем понял суть упрека, но женщина говорила с такой жалостью в голосе, что сразу понравилась мне. Во всяком случае, раньше обо мне так ласково никто не отзывался. «Заморыш», – какое прекрасное имя. Хоть бы они меня всегда так называли!

Девушке ответил возбужденный голос Германа:

– Мария, это наш шанс! Ты понимаешь? Это больше, чем корелл из Пустоши – это прямой их отпрыск. Прямое доказательство, что кореллы – разумны! Ко всему прочему, он, похоже, перенял генетику родителей.

Иначе замерз бы насмерть давным-давно. Он – лучший представитель человечества на этой планете!

– У нас уже был один шанс вернуться на объект и взять там образцы, но кому-то приспичило потягаться первичными половыми признаками с кнесом, – уже совершенно иным тоном ответила женщина Герману. – А после доступ в пещеру был заблокирован.

– Мы оба знаем, что обвал пещеры – случайность, – сконфуженно ответил девушке егерь.