Низвержение

Стоит только взглянуть на палитру красок, которая изображает реальность, и станет ясно – она подобна текущей реке, где слои времени смешиваются и создают настоящее. Будущее и Прошлое. Поток последнего обладает силой, способной легко увлечь неосторожного наблюдателя за собой. Малейшее прикосновение к прошлому невидимых пальцев грозит утянуть наглеца за собой. Это самое сложное, что может сделать любой человек.

Малфеоза резко повела длинным носиком, пробуя воздух на вкус. Проклятый смертный был где-то поблизости, но она помнила, как уже обшаривала этот самый тупик десять раз кряду, и всё без малейшего толку! Невозможно, но её каким-то образом опять обвели вокруг пальцев! Демоница всплеснула длинными лапами в несдержанной ярости, и скрылась в пронзительной вспышке света.

Я смахнул рукой кровь, которая закапала у меня из носа и обильно оросила собой грязный пол. Вокруг черепа словно сомкнулась хватка холодных безжалостных пальцев. Мигрень плавно опускалась от затылка вплоть до спинного мозга.

Вдоль позвоночника пробежалась холодная дрожь. Я хотел коснуться лица рукой, но не донёс кончики пальцев до цели. Когда моя спина коснулась земли, добрая тьма одеялом укутала мои мысли и набросила поверх меня теплый плед. Какое-то время я не чувствовал ничего, кроме тупой ноющей боли, а затем заснул крепким сном, недвижим и невредим.

Глава 4. Помойка, помывка, пробежка

Я проснулся от того, что корочку засохшей крови на моем лице облизывал чей-то пёс. Но когда мои глаза затрепетали, он недовольно отстранился, оскалился и обнажил свои жёлтые зубы.

Это был не чей-то любимец, а всклокоченный голодный зверь. Когда я открыл глаза, он отпрянул, и с рычанием отступил.

«Похоже, жрать меня он не будет» – мысли едва шевелились внутри моей черепушки, как сонные мухи. Чёрный кобель недовольно гавкнул, и вдруг задрал надо мной заднюю лапу, готовясь оросить меня зловонной мочой.

– Ах ты тварь! – я тут же открыл глаза, чтобы подскочить, как при пожаре или наводнении.

Неизвестно, что было хуже.

– Скотина! А ну, пошёл прочь! – я рявкнул, и лишь в последний миг как-то умудрился уползти подальше от собаки на четвереньках. Сердце бешено колотилось в груди, словно я спросонья поднялся на высокую гору.

Недовольный громким криком, кобель угрожающе зарычал, оскалившись в мою сторону жёлтыми зубами. В его чёрных глазах появилась злоба, и я похолодел. Зверь был достаточного размера, чтобы разорвать и взрослого человека.