Между Южным и Северным полюсами

Продавщица, будто завороженная взглядом змеи, подчинилась, оперевшись о прилавок своей внушительной грудью.

Лаврентий Демидович схватил ее за горло, уставившись в наполненные ужасом зеленые глаза.

– Открой рот, ссука.

Девушка, будто в трансе, послушно открыла рот.

Лаврентий Демидович засунул ей в рот палку краковской колбасы и начал делать поступательные движения.

– Нравится?

Продавщица не отреагировала, она просто смотрела на покупателя широко открытыми глазами.

Закончив экзекуцию, пенсионер, как ни в чем не бывало, заявил:

– Ну, где же мое пиво?

Девушка, глядя в пустоту, поставила на прилавок бутылку пива и машинально отсчитала сдачу.

– Мы еще встретимся, и все будет по-другому.

Лаврентий Демидович откупорил бутылку о поребрик автомобильного заграждения и направился дальше. Навстречу ему шла молодая семейная пара; мамаша, крашеная блондинка, держала за руку откормленного отпрыска.

– Гуляете? – спросил Лаврентий Демидович, изобразив дружелюбие.

– Гуляем, – с оттенком флирта ответила женщина.

– Как зовут сыночка? – пенсионер присел перед ребенком.

Папаша попытался возразить, но женщина, заметив его порыв, дернула его за рукав.

– Лавруша.

– Как мило. Кем ты хочешь стать, Лавруша, когда вырастешь?

– Олигархом, – выпятив губу, ответил мальчик.

– Ты знаешь о том, что ты вырастешь редким ублюдком? – спросил пенсионер, поглаживая по голове белокурого мальчугана.

– Э-э! – раздался голос отца.

Но конфликту не суждено было продолжиться – раздался вой полицейских сирен.

– Это профессор, – пояснил Лаврентий Демидович, – я тут, знаете ли, человека ограбил. Желаете колбасы?

– Э-э, – отец ребенка двинулся на обнаглевшего пенсионера.

Лаврентий Демидович, двинувшись навстречу, точным движением упер палку колбасы в нос возмущенному мужчине.

– Ты вообще знаешь, из чего состоит краковская колбаса?

– Нет, – ответил ошеломленный родитель.

– То-то же, – заключил Лаврентий Демидович и бросился бежать к ближайшему жилому дому.

Высоковольтная линия радости, незримо для всех пронзавшая пространство, теперь была подключена к венам и нервам немолодого мужчины.

Настоящий он – гибкий хищник, проник в каменный муравейник, состоящий из множества нор. Там, за закрытыми дверями, с замками и цепочками множество дрожащей биомассы; но он состоит из другого мяса. Никакие гнусные хозяева этого мирка не доберутся до него – другие стандарты.