Рарас. Серые времена

– Мирэедан, у тебя есть история для нас?

– История, чтоб детишки уснули?

– Чтобы серый стал ближе для единственного человека в отряде.

– Эй, Рамол!

– Да, прости, для полутора человек в отряде.

– Ты говнюк.

– Что за разговоры? – спросил, вернувшись Самэль.

– Нет у меня подходящих историй. До одного момента я рарас убивал за монеты. Взял заказ, выследил или пришёл к уже известному жилищу, убил, ушёл. Забрал монеты, выпил немного и спать. И я бы продолжил этим заниматься, только вот с вами иду.

– Какой путь ты выбрал? – спросил Самэль, откусывая кусок солёной курятины.

– Дома в городе у меня нет, и даже комнаты. Конь получен за другие заслуги, может, когда-нибудь расскажу. Счёт в орочьем банке есть, но пустой, там лишь пара монет, чтобы за мной держался. Кинжал я украл у своих, а те – у гномов, кажется. Только я не видел ни одного гнома, сражающегося на таком оружии.

– Сила есть и выносливость, но не скорость и ловкость.

– А свой лёгкий доспех сам делал? – поинтересовался Рамол.

– Доработал, некоторые гоблины ходят в подобных. В основном, доработка не нужна, они и так малозаметны.

– А-аапчхи!

– Чихай в сторону, Самэль, или прикрывай рот, – попросил Рамол.

– Простите, со мной такого не было.

– Не болел?

– Нет, ни разу. Хотя был с теми, кто болел.

– И не смотри на нас, мы слабее организмом, чем зверь.

– Замолчи, Рамол!

– Расскажи, Мирэедан, была ли хоть одна цель опасной? Может, маг или монстр, – спросил Тир.

Самэль ощутил толчок в спину – это ар'юн, улетавший высматривать себе ужин и возможных врагов, вернулся, сбросив добычу. Второй толчок – и зверёк влетел в аттра сразу за брошенной тушкой птицы.

– Как всегда, братец! Переставай уже так делать и царапаться, когда взлетаешь, ты с нами долго живёшь и… – не успел Самэль договорить, как ар'юн встал перед ним на задние лапы и, подняв переднюю правую, сделал кивок.

– Надеюсь, ты всё понял, потому что негативное отношение к тебе накапливается, и в конце будет прощание, – добавил Рамол.

Зверёк ни с того ни с сего заплакал у всех на глазах. Он сидел, и слёзы собирались и скатывались по щекам, падая на землю.

– Эй, ты чего, братишка, мы никогда не расстанемся! Рамол дурак, нагнал лишнего. Иди сюда, малыш, – позвал Самэль.