Маньчжурский клин. Повесть-антиутопия

Пока неискушенный в деловых переговорах проситель что-то невнятно мычал, последовал вопрос:

– Чего это вам взбрело в голову писать о присоединении Амура?

– Историко-патриотическая тема сейчас в тренде – за такие произведения министерство литературы денежные премии дает, – обрел дар речи Курочкин. И, грустно вздохнув, добавил: – А деньги мне сейчас край как нужны.

– Деньги всегда и всем нужны, – оживился Пузырев и тут же без паузы предложил: – Вы согласны заплатить мне за продвижение вашего романа в печать?

– Сколько? – на всякий случай уточнил Иван.

– 25 000 юаней, – озвучил цену своей услуги Пузырев.

– После публикации?

– Деньги вперед.

– А какие ваши гарантии?

– Гарантии дают только страховые компании, и то их не выполняют.

– У меня нет денег, – развел руками Курочкин.

– Возьмите взаймы под залог своей квартиры.

– Уже заложена и перезаложена.

Шеф-редактор потерял интерес к разговору.

– Ваш роман будет рассмотрен на общих основаниях. Ответ вы получите по электронной почте.

– Как долго мне ждать вашего решения?

– Не раньше, чем через полгода, – ответил Пузырев и опять удостоил Курочкина кивка головы.

– Но, в моем романе содержатся идея российской державности и духовные скрепы русского народа, – начал было благовещенский писатель.

– А у меня – бизнес-план и канцелярские скрепки, – оборвал его московский издатель. И уже в микрофон на столе: – Катюша, впустите следующего.

На этом прием и закончился. Пятиминутный разговор с шеф-редактором издательства «Москов&я» свелся к тому, что за продвижение романа в печать надо дать банальную взятку.

Черт с ним, коль у них, в Москве, такие блядские порядки. Нельзя было сказать то же самое открытым текстом по телефону?! Курочкин бы и не поехал в такую даль, чтобы поцеловать дверной пробой. Прослушки ГКБК (Государственный комитет по борьбе с коррупцией) он боится.

Сучий потрох этот Пузырев!

Шагреневая кожа

Россия – некогда великая держава, распростертая от Балтики до Камчатки – скукожилась, как шагреневая кожа.

Китай, дотянувшийся своими экономическими щупальцами до Уральского хребта, вывозит из России полуфабрикаты и сырье, а ввозит грязные производства, заодно решая свои проблемы с безработицей и перенаселением.

Урал и Кузбасс дымят трубами металлургических комбинатов – прокат везут в Китай. Енисейская тайга – лесосека Китая. Алтай – хлебная нива Китая. Забайкалье – пастбище мясного скота для Китая.