Сочувствую ее темным духам… 13-21

Может, к черту их? Эти якобы священные чувства?

Едва этот вопрос прозвучал в голове Майкла, как из зарослей папоротника вышел Саймон с сигаретой в зубах и серыми глазами, резво перебегающими с одного лица на другое.

– Ну что, дорогие мои, вдоволь пообсуждали нашего арестанта? – спросил он.

– Да, – ответил Клод. – Мы решили, что к черту эти проблемы с Элиасом и машиной времени. Вернее, Эми решила, а мы с ней согласились.

Саймон оживился и с любопытством перевел взгляд на Эми.

– Очень интересно. Выходит, Эми способна так же здраво рассуждать, как и я, пока меня рядом нет? Не говоря уже о, в прямом смысле слова, подвиге, который она совершила, пока мы были на мушке ООН. Ты просто золотце, Эми. Если бы не гадина Клод, я бы не парился по поводу твоей подруги Лилии, Литовки или Лауры, поскольку тратил бы свою энергию на то, чтобы делать тебя счастливой, это уж точно.

Эми слегка покраснела. Клод довольно ухмыльнулся, расценив слова Саймона как шутку.

Саймон докурил сигарету, выкинул ее в папоротник, после чего произнес:

– Так. Теперь мы должны решить, что нам делать дальше. Куда мы поедем?

Молчание.

Молчание – каждый вдумчиво смотрел по сторонам, создавалось впечатление, что все хотели силой мысли передать друг другу свои слова. Все это продолжалось до тех пор, пока Клод не сказал:

– Может, лучше вернуться в Леклер?

На него обернулись три отрицательно покачивающие головы.

– Посудите сами. Злоумышленники вряд ли станут искать нас там, откуда прогнали.

– Правда? – переспросил Саймон. – А тебя не смущает, что злоумышленники, похитившие машину и подославшие к нам Лауру вовсе не связаны с теми злоумышленниками, которые только что арестовали Элиаса? Кто-то другой может туда явиться с целью отыскать Элиаса.

Майкл и Эми согласно кивнули, чуть позже с явной неохотой кивнул и Клод, который сказал:

– А что, есть более лучший вариант? Мы две недели жили в Леклере, и не знаю, как вы, но я уже успел к нему привыкнуть.

– В Паксбрайте не один только Леклер, – заметила Эми.