Авалон-2314

Разрешите ему спеть рядом с вашим кафе? Мало того, что он заработает деньги, он еще и привлечет внимание к заведению.

– Лишь бы он привлек хорошее внимание, – хмыкнул официант. – Что ж, только не пытайтесь сбежать. Ваши физиономии записаны камерой наблюдения. Если вы смоетесь по-тихому, я подам заявление в полицию, и штрафом вы не отделаетесь.

Дима надулся – когда он был маленький, отец в таких случаях говорил: «Надулся, как мышь на крупу». Соловей был крайне зол. Раздражен сложившейся ситуацией, тем, что у Ольги не оказалось денег, тем, что так нагло ведет себя официант… Почему он здесь командует? Вопросы с нерадивыми клиентами должен решать управляющий! Хотя легче ли им будет, если позовут еще и управляющего?

– Пожалуйста, Дима! Спой! – попросила Ольга.

– Нет. Я не какой-нибудь кабачный лабух.

– А ты споешь на улице! Для людей!

Соловей мялся. Выбора, собственно, не было. Но почему эта дуреха решила, что ему сразу начнут платить? Набросают в шляпу мелочи… или не набросают – то-то будет позор!

– Я прошу тебя… – молила девушка.

– Да уж что-то предпринимать надо, – подбодрил нерадивого клиента официант.

Дима криво улыбнулся, поднялся, пробормотал:

– А что? И спою. Осчастливлю народец. У вас система караоке есть?

– Есть, – ответил официант. – Пользование – два евро в час.

– А мы сколько должны за обед?

– Четырнадцать евро.

– Как говорил мой приятель Коля Онопко, «сгорела хата – гори и сарай».

Официант смерил незадачливого посетителя оценивающим взглядом:

– Странные вопросы задаете, молодой человек. Вам виднее. Если в Сети ваши песни имеются, равно как их минусовки или фонограммы, – значит, и у нас в караоке они будут. База-то общепланетная, не для одного нашего аппарата, а?

– Есть. В Сети все есть! – воскликнула Оля. – И у меня с собой тоже… Помогите нам, пожалуйста, Алексей!

– Чего не сделаешь ради клиента… Особенно если он неплатежеспособен.

* * *

Вывеска на старом пятиэтажном здании с бледно-голубыми стенами и зеркальными окнами гласила: «Комиссариат полиции». Коридоры в комиссариате выглядели мрачновато, людей внутри оказалось немного. Задержанных я вообще не увидел. Впрочем, кто мог принять за задержанного меня? Наручники не надели, руки за спину не заломили. Один человек идет впереди, двое сзади.