Матросик

Зоя вбежала в дом и радостно сообщила Софье Николаевне о неожиданном госте. Андрей Макарович уже поднимался по ступенькам на веранду, когда Софья Николаевна вышла ему навстречу. Она была одета в чёрное платье с кружевами, а на голове её был чёрный платок.

– Андрей Макарович, как я рада! – сказала Софья Николаевна. – Вы как раз вовремя. Мы собирались устроить чаепитие.

– Софья Николаевна, моё почтение! – произнёс Андрей Макарович, нагнулся и поцеловал ей руку. – Вы сегодня прекрасны!

– Спасибо, Андрей Макарович, – сказала Софья Николаевна.

 – Присаживайтесь. Сейчас всё подадут. Зоя, голубушка, будь добра, принеси нам пряники и сушки, какие есть. И ещё что-нибудь к чаю, что сама придумаешь.

Софья Николаевна присела на стул и пододвинула блюдце с чашкой поближе к Андрею Макаровичу, который вслед за ней опустился на стул с другой стороны стола. Портфель он поставил на деревянный пол веранды недалеко от себя.

– День сегодня выдался просто отличный, – сказал Андрей Макарович. – Солнышко давно уже нас не радовало.

Дожди-то порядком надоели.

– Да, сегодня погода радует, – ответила с улыбкой Софья Николаевна. – Хорошо, даже птицы расшумелись.

– Верно, расшумелись, – согласился Андрей Макарович. – Радуются. Я и сам радуюсь. Люблю, когда небо такое яркое, голубое. И солнце аж слепит. Как в детстве.

Зоя вернулась на веранду с сушками, пряниками и пиалой, до краёв полной малинового варенья. Она разлила по чашкам чай, а сама вернулась в дом, чтобы не смущать своим присутствием хозяйку и гостя.

Софья Николаевна поправила платок, прикрывающий волосы, и предложила жестом пряники, которые Зоя положила в плетёное блюдо на столе.

– Угощайтесь, Андрей Макарович, – сказала Софья Николаевна. – Работа ваша, наверное, изматывает вас. Всё страхуете?

– Страхуем, Софья Николаевна, – ответил Андрей Макарович с улыбкой на лице. – Всё страхуем: дома и пароходы, щенков и жеребцов. Что пожелаете, то и застрахуем. Всё, или почти всё.

– А что же тогда не страхуете? – спросила Софья Николаевна.

– Чувства человеческие не страхуем, – ответил Андрей Макарович и осторожно отпил из чашки горячего чая. – Не поддаются они математике и бухгалтерии.

– Да, вы правы, – сказала печально Софья Николаевна. – Не поддаются. Александра Васильевича уже давно нет с нами, а забыть его никак не получается. Година на днях была. А всё время перед глазами Сашенька стоит, как подумаю о нём.

– Соболезную, Софья Николаевна, – сказал Андрей Макарович.