Плюшевые самураи (сборник)

Винсенту сковали руки за спиной, Марину пока не трогали. Мрызл в зеленой форме с золотыми нашивками на воротнике допрашивал контрабандиста на интергалактическом:

– Почему вы решили изменить маршрут? Переметнулись к нашим врагам – снежникам?

В другом случае Винсент был бы рад пойти на попятный. Но рядом была Марина, и она никогда не простила бы ему этого. А теперь, после гибели деревни плюшевых самураев, такого поведения не простил бы себе он сам.

– На орбите по нам был открыт огонь, – ответил Горшков. – И я понял, что мрызлы – враги.

– Вы не подумали, что произошла досадная ошибка?

– Нет. Я подумал, что выполняю чудовищный заказ, доставляя вам наркотики. И решил плюнуть на все – никто меня не запугает! Ни продажные политиканы, ни вонючие ящерицы.

Мрызл ударил Винсента по лицу. Марина закричала. Ящер замахнулся и на нее.

– Посмейте только тронуть девушку! – сплевывая кровь, пробормотал Винсент.

– И что будет? – оскалился мрызл. – Кто тебя нанял? Говори!

Горшков открыл рот и тут же его захлопнул.

Что за вопросы? Они не знают, от кого идет товар? Как такое может быть? Разведка вела двойную игру? Или те парни, что прессовали его около дома Марины – вовсе не из разведки? Где это видано, чтобы разведчики представлялись, ничуть не скрываясь, а потом отпускали контрабандиста на волю случая?

– Ну! Не молчать! Иначе я ударю тебя, потом ударю твою женщину…

– Меня не нанимали. Меня заставили лететь к вам. Трое каких-то мордоворотов.

– Они ничего не заплатили?

– Нет.

– Вы слышите это, высокие? – мрызл, похоже, обратился к кому-то, кто неустанно следил за ходом допроса с помощью средств связи. – Мы едва не пострадали из-за жадности людей! По их вине погибли наши солдаты… И ты был настолько глуп, чтобы не убежать, контрабандист?

– Они угрожали мне… Их аргументы были весомыми.

– Возможно. А теперь ты скажешь нам код доступа к содержимому контейнера – вдруг наши хитроумные и жадные партнеры указали нам неверные цифры?

– Не скажу.

Мрызл ударил Марину – по щеке, вскользь.

Девушка бросилась на обидчика, но ее тут же скрутили два солдата, присутствующие при допросе.

– Не говори! Не говори им, Винсент, – захлебываясь плачем, просила она.

– Мы ведь еще и не начинали мучить вас по-настоящему, – мрызл показал все свои сорок два зуба. – Как, по-твоему, твоей кошечке понравится, когда я откушу ей ухо? А потом и что-нибудь еще? – Он щелкнул зубами.

– Я все скажу.

– Нет! – из последних сил закричала Марина.