Зараза 2: Львиное сердце

Но сказал, что за пару дней управится.

А вот Вадик удивил. Помимо машин общего лагерного пользования у него оказалась заначка, спрятанная в одном из гаражей на соседней улице. Ни разу не боевая, но юркая и в приличном состоянии трехдверный «Ниссан Альмера», примерно тех годов, когда мы с Вадиком только в школу собирались. Но на ходу и с хорошим тихим глушителем, без каких-то примочек-прямоточек или проржавевшего катализатора.

Спрятать Вадик толком ее не смог, просто примкнул к забору, а сверху завалил большим куском профнастила, вырванного из того же самого забора только дальше по улице и задвинув мусорными контейнерами.

Топор у Вадика был из набора спасателя, поясной пожарный, и мне даже показалось, что более эффективный, чем у меня. По крайней мере, череп зомбаку он раскурочил практически надвое, а замах у него был даже меньше. Помимо топора за спиной у Вадика висел пятисотый «моссберг», а в кобуре на бедре пистолет Стечкина.

«Альмеру» Вадик завел без ключа, повозившись в проводах под рулевой колонкой. И всю дорогу до церкви с голубятней рассказывал мне о планах модернифафии «ниффана» и хвастался своими автожуликовскими навыками. Может и врал, но водил неплохо, лихо маневрируя между бродившими под солнцем мертвяками.

Тачку мы загнали во двор церкви и вместе отправились внутрь. Зачистили церковь, положив восьмерых зомбаков внутри, и еще четверых, подтянувшихся на выстрелы, на улице. Я забрался по лестнице, с опаской оглядывая потолок на наличие зомби птиц, не знаю, правда, что я ждал – что голуби, как летучие мыши вверх лапками за балки цепляются, а на пол у них кровь из заточенного клювика капает.

Но нет, вообще ни одной птицы не увидел, а вот покойничек был на месте и лучше не стал выглядеть и все еще продолжал пованивать.

Ксюха взяла трубку практически сразу, но вместо стандартной ругани просто всхлипывала. И даже, когда я сам стал кричать «алле», «тебя не слышно», продержалась еще минуту, а потом разрыдалась.

Мда, хотелось бы, чтобы все оказалось проще, но нет – пришлось сначала извиняться, что на «смертный» бой уходя, только смску отправил, и выслушивать все, что Ксюха думает про дебилов парней, бросающих девушек таким образом. И видать, на больную мозоль наступил.

Потом еще извиняться, что пропал почти на два дня, не отчитавшись, что живой. И так несколько раз по кругу в промежутках между рассказами о Кате, «Глобалах» и условиях сделки.