Пантеон

Но чем все закончилось? Я превратилась в одинокую, никому не нужную старуху… Когда они пришли ко мне, люди с той стороны зеркала… Я была совершенно одна. Так что теперь я буду рада принести хоть какую-то пользу! И у меня есть лишь одно желание – увидеть Катерину, узнать, какой она выросла. Хоть одним глазком взглянуть на нее до того, как мне снова придется уйти. А если удастся, я хочу попросить у нее прощения. У нее и у Аглаи… Ведь с самого начала именно я стала причиной всех их бед. Сейчас я могу лишь попытаться сохранить это тело до возвращения Аглаи.

– Катерина замечательная! – воскликнул Артем. – И Аглая тоже!

– Теперь и я это понимаю, – вздохнула Евдокия.

– Я рада, что ты наконец изменила свое мнение, – сказала Феофания. – Но тебе нельзя оставаться здесь одной. Поехали с нами? Жить здесь небезопасно! Взгляни на решетки на зеркалах. Они установлены не просто так!

– Они следят за мной, я это знаю, – кивнула Евдокия.

– Платон Долмацкий сможет тебя защитить!

– Скорпион. – Неожиданно Евдокия мечтательно улыбнулась. – Когда-то мы были друзьями. Пока жизнь не развела нас по разные стороны баррикад. Но захочет ли он меня видеть? Слишком многое изменилось с тех пор.

– Не узнаешь, если не попробуешь, – ответила ей Феофания.

– Даже не знаю, – засомневалась стеклянная женщина.

И тут в пустом доме раздался тот самый перезвон, о котором говорила Евдокия. Тот самый звук, от которого у Артема волосы вставали дыбом всякий раз, когда он его слышал, ведь это всегда означало скорое появление кого-то из зеркала с той стороны.

Мелодичный звон хрустальных кристаллов звучал все громче, отражаясь от стен старинного особняка. Зеркало в прихожей начало потрескивать. Феофания и Евдокия испуганно огляделись.

– Что происходит? – обеспокоенно спросила Серафима.

В этот момент входная дверь особняка с грохотом слетела с петель в прихожей. Кто-то вынес ее одним мощным ударом. Звон тут же прекратился. Все переполошились и вскочили со своих мест.

Никита выбежал из гостиной и издал угрожающее шипение. Феофания и Артем вышли вслед за ним и замерли, увидев Матвея Воронина. Тот стоял в коридоре и зловеще улыбался.