Сотрясающий землю

Парень охнул от боли и сделал еще один шаг назад, провел по лицу рукой. На пальцах осталось что-то липкое и горячее. Кровь!

Иоланда громко расхохоталась, а затем резко устремилась вниз. Она грянулась о могильную плиту Татьяны Федоровой и рассыпалась, превратившись в сотни живых ворон. Оглушительно каркая, птицы набросились на Никиту. Парень завопил от страха, замахал руками, отбиваясь от воронья, отмахиваясь от когтей и клювов.

Кто-то схватил его за плечо.

Никита с воплем подскочил на кровати и, запутавшись в простынях, свалился на пол.

– Никита, – мягко произнес Николай Павлович. Он стоял у кровати в теплом махровом халате и тряс внука за плечо. – Что же ты вертишься, как бес под кропилом?! Да еще орешь. Весь дом, наверное, перебудил!

– Я?! Я это… У меня плохой сон был, – выдохнул Никита.

Он вскочил на ноги и выпутался из обмотавшегося вокруг тела одеяла.

Дед покачал головой и потопал в свою комнату. Когда дверь за ним закрылась, Никита сел на кровать и промокнул простыней пот с лица.

На белой ткани остался кровавый след. Никита в ужасе прижал руку к подбородку. Так и есть! В том месте, куда его ударил коготь Иоланды, был порез. И он кровоточил.

Никита отбросил одеяло в сторону и на цыпочках прокрался в ванную комнату. Там, перед зеркалом, он промыл рану водой и прижег дедовым тройным одеколоном.

– Что это было? – шепотом спросил Никита у самого себя.

Он осмотрел свои ногти. Они были чистыми. Значит, он не мог расцарапать сам себя.

Произошедшее не на шутку напугало и встревожило его. Он вернулся к себе и расслабленно вытянулся на кровати – после всего увиденного уснуть уже вряд ли удастся. Никита просто лежал и смотрел на звезды. А потом одинокая туча на ночном небе чуть сдвинулась в сторону, и комнату залил голубой призрачный свет луны.

Парень внезапно ощутил сильное жжение. Голую грудь, живот, ноги и руки словно обдало огнем. Никита резко сел на постели и принялся растирать кожу, но жжение только усиливалось.

– А это что еще такое?! – прохрипел он.

Когда жжение стало просто невыносимым, Никита спрыгнул с постели и метнулся к двери. Но, как только он оказался в тени, жжение прекратилось. Стоя в полумраке, куда не проникал лунный свет, Никита поднял голову и со страхом уставился на круглую луну.

До него внезапно дошло, что происходит.

Полнолуние! Он начал реагировать на луну! Свершилось то, чего он так боялся.