Иллюзион

 – Тебе некуда бежать, и ты сам это понимаешь! Так зачем весь этот цирк?!

– Ты столько лет морочил Императору голову! – подхватил ее спутник. Николай узнал в нем Пьера Краснорукова, еще одного фаворита Императора. – Сумел усыпить его бдительность и втереться к нему в доверие. Но при первой возможности ты обокрал своего господина! Будь уверен, я не пропущу момент, когда его величество вернется и узнает о твоем вероломстве!

Пьер и Клементина злорадно расхохотались.

Не обращая ни на что внимания, беглец толкнул скрипучие створки ворот и быстро вбежал во двор особняка.

Толстые каменные колонны поддерживали низкую крышу строения. Стеклянная черепица поблескивала в багровом свете луны. Николай опрометью бросился к крыльцу. А зорги за спиной уже вбегали в ворота. Они быстро приближались, и он уже слышал их тяжелое, хриплое дыхание. Стая летучих мышей влетела во двор и заметалась между ветвями приземистых черных деревьев, окружавших особняк.

Николай выхватил из кармана хрустальный ключ и дрожащей рукой вставил его в замочную скважину.

Дверь легко поддалась, и он вбежал в дом.

Гигантские псы резко затормозили и как вкопанные встали перед террасой. Переминаясь с ноги на ногу и почти жалобно скуля, они обернулись к всадникам, ожидая поддержки. Те переглянулись и спешились. Пьер и Клементина следом за беглецом ворвались в особняк. Повсюду царил полумрак, свет трех лун едва пробивался сквозь запыленные, мутные витражи. Стены были затянуты толстой серой паутиной, а латунные светильники на колоннах давно потемнели от пыли и сырости.

Однако в сердце этого здания, в его главном зале, разрушительное влияние времени вовсе не ощущалось. Именно здесь находилась зеркальная машина Калиостро. Точнее, сам зал и был своеобразной машиной. Вдоль его стен, образовывавших замкнутый круг, тянулся ряд огромных зеркал, а под прозрачным полом виднелись гигантские золотые и серебряные шестерни и толстые цепи для вращения зеркальных кругов. Беглец знал, что за состоянием магического механизма постоянно следили, а помещение поддерживали в идеальной чистоте.

Николай направился к центру зала: там на круглой серебряной платформе возвышалось некое подобие алтаря, а в нем виднелось едва заметное отверстие – замочная скважина. Он вставил в нее заветный ключ.

Сумрачный зал с высоким сводчатым потолком тотчас же начал заливаться ярким голубым светом, пробивающимся сквозь стеклянный пол. Древний механизм, казалось, только и ждал, когда же его наконец запустят.