Пандемониум. Время Темных охотников

Если Тим обо всем узнает… Она просто умрет от стыда!

Тимофей ждал ее на тротуаре у выхода из «Антареса». Лиза молча бросилась ему на шею. Зверев, не ожидавший такого, с улыбкой обнял ее за талию.

– Поужинаем? – спросил он.

– С радостью, – выдохнула Лиза ему в шею. – Я так устала, что уже не терпится убраться отсюда подальше.

– Тогда пойдем.

Тимофей взял ее за руку, и они направились к кафе.

8

Трудные времена

Вечером в полицейский участок Клыково заехала Евгения Белявская. Она вошла в кабинет Мезенцева в тот момент, когда он обсуждал с Макарским страшную находку в лесу.

– Привет. – Шериф с улыбкой чмокнул ее в щеку. – Уже за мной? А я думал сегодня немного задержаться.

– Поезжайте, – понимающе кивнул Макарский шерифу. – Я все закрою.

Он не удивился визиту Евгении – не так давно Белявская с Мезенцевым решили жить вместе и не скрывали этого.

– Вообще-то я здесь и по долгу службы, – произнесла Евгения. Она вытащила из сумки толстую картонную папку и положила шерифу на стол.

– И что же вы выяснили? – спросил Макарский. – Его загрыз дикий зверь, это ведь очевидно.

– Не совсем, – напряженно сказала Евгения. – Раны от когтей и зубов на теле есть, но причиной смерти послужили вовсе не они.

– А что же тогда? – нахмурился Мезенцев.

– Содранная кожа. Именно от этого он и скончался. С него просто срезали кожу, когда он был еще жив.

Мезенцев и Макарский ошарашенно на нее уставились.

– Срезали?! – захлебнулся пожилой полицейский.

– Очень острыми инструментами, – кивнула Белявская. – Кроме того, мы обнаружили сквозные проколы на его запястьях и лодыжках. Словно его пригвоздили к земле перед тем, как… сделать все остальное. Причем раскаленными докрасна гвоздями, ведь места проколов сильно обожжены.

– Кто способен на такие зверства?! – взглянул на Макарского шериф. – Чем дальше, тем страшнее! Это уже не дикий зверь, тут маньяка надо искать!

– Иногда человек страшнее любого дикого зверя, – буркнул Борис.

– Кроме причины смерти? Есть еще некоторые странности, на которые я обратила внимание. Судя по всему, ему было слегка за тридцать, но его зубы просто в идеальном состоянии. Ни одной пломбы, ни единого скола. Создается впечатление, что погибший никогда не посещал стоматологический кабинет.