Чернокнижец. Ледяной кокон смерти

Этот уродливый толстый старик, эта древняя развалина, был страшен в гневе. Да, это вам не дедушка Василий Глебович Чернокнижец.

Глава 4

Лавка «Манускрипт»

За окнами палаты медленно падал снег. Крупные хлопья напоминали клочья медицинской ваты. Странное сравнение. Наверное, оно пришло на ум оттого, что Денис сейчас находился в больнице.

В блестящем оконном стекле было видно его смазанное отражение. Он сидел скорчившись на колченогом стуле у большой металлической кровати, окруженной мерно гудящими медицинскими приборами.

А на кровати лежала она, и ее тонкие бледные руки, вытянутые поверх одеяла, с каждым днем все больше напоминали хрупкие птичьи лапки.

Ее темные шелковистые волосы стали заметно длиннее с того дня, как она сюда попала. Все случилось в самом конце весны, а сейчас была уже середина зимы. Ее глаза трепетали под тонкими полупрозрачными веками, словно она смотрела сон. Сон, от которого уже несколько месяцев никак не могла очнуться.

За ней здесь очень хорошо ухаживали.

Богатые родители поначалу хотели перевезти ее в другую больницу, какую-то дорогую частную клинику в Санкт-Эринбурге, но вскоре поняли, что здесь их единственной дочери обеспечат самый достойный уход.

Все же Денис опасался, что из-за него ее родители могут изменить свое решение, поэтому старался лишний раз не попадаться им на глаза, хоть это было непросто. Хорошо еще, что молодые романтичные медсестры вошли в его положение и всякий раз заранее предупреждали Дениса о появлении в здании супругов Толоконниковых.

Девушек тронула его история, да и Чернокнижец при желании умел нравиться людям.

Только на родителей Ди его обаяние не действовало. Они готовы были растерзать Дениса на месте, даже, говорят, неоднократно приходили к запертому магазину, надеясь встретить его там. Но Денис, к счастью, сейчас был вне их пределов досягаемости. Даже такие влиятельные люди, как Толоконниковы, вряд ли посмели бы сунуться в дом колдуна, которого боялись все жители Клыково.

Медсестра Полина, дежурившая сегодня, нравилась Денису больше других сотрудников больницы. Всегда добрая и приветливая, все понимающая, она частенько угощала припозднившегося Чернокнижца кофе и печеньем. Полина была в курсе случившегося и очень жалела Дениса и Ди.

– Как она, без изменений? – спросил Чернокнижец, когда медсестра в очередной раз заглянула в палату.

– Пока все по-прежнему, – кивнула медсестра. – Но знаешь, это даже хорошо.