Отряд «Авангард»: Клинок пери. Багровая графиня. Тёмный Наследник

Расстегнув ворот рубашки, Легостаев вытянул наружу золотой медальон. Он рассматривал его уже тысячу раз и досконально изучил каждый изгиб, каждую впадинку и выпуклость. Пять тоненьких змеек тесно переплелись между собой, образуя своеобразный венок. Что означает этот символ? И что имела в виду незнакомка под черной вуалью, говоря, что таких, как она, это украшение влечет, словно маяк? Каких таких? От бесконечных вопросов уже голова шла кругом. Ладно хоть старикашка Илларион сидел тихо и не выступал.

Телефон в кармане вдруг ожил и принялся оглашать пространство звонкими трелями. Звонила Марина Клементьева.

– Легостаев, какого дьявола? – сразу начала она с раздражением. – Тут явился Игорь и просит, чтобы я отпустила Масленникова. Что у вас с ним за дела?

– Марин, отпусти его, пожалуйста. Все равно он мелкая сошка, а мне за него информацию пообещали по делу об этих убийствах. Что тебе стоит?

– Ты такой простой! – воскликнула Марина. – А что я шефу скажу?

– Я попрошу своего начальника, чтобы он связался с твоим.

– Точно?

– Обещаю. Он должен войти в положение.

– Вот сначала с ним поговори, а потом мне перезвонишь.

И Марина бросила трубку. Пришлось позвонить заместителю шефа. Владимир Михайлович Мерзликин был человеком умным и умел идти на компромисс, если это нужно для дела. Он сразу разобрался в ситуации и связался с начальником Клементьевой, так что проблема была решена и Никита мог перезвонить Марине.

Убрав наконец телефон в карман и спрятав медальон под рубашку, Легостаев взглянул на часы. До встречи с Михаилом Сергеевичем Бердышевым оставалось еще несколько часов, но ехать снова на работу было неохота. Если что, Антон, Игорь и Татьяна его прикроют. Единственное, чего Никите сейчас хотелось, так это отправиться домой и завалиться спать. К тому же его одолевало предчувствие, что вечер вполне может затянуться далеко за полночь.

Глава 21

Создания тьмы

Закончив телефонный разговор с Никитой Легостаевым, Владимир Михайлович Мерзликин обратил взгляд на стоящего перед его столом Константина Ференци. Высокий, стройный, холеный, всегда в строгом дорогом костюме, тот выглядел настоящим аристократом.