Пандемониум. Букет увядших орхидей

И в тот же момент перед ним возник Влад Пивоваров и нацелился своим фотоаппаратом, желая снять его с уликой в руках. Тут уж Шилов не выдержал. Окриком остановив наглого репортера, он почти силой погнал его с места происшествия, не обращая внимания на недовольные возгласы.

Тем временем к шерифу Мезенцеву снова приблизилась Евгения Белявская.

– Все хорохоритесь, Владимир? – строго спросила она. – А сами едва стоите, я же вижу! Но вы ведь не можете вечно сидеть на болеутоляющих таблетках!

– Надо же мне как-то произвести на вас впечатление, Евгения, – хмуро усмехнулся шериф.

 – Настоящий мужчина должен уметь справляться с любой болью.

– Господи, – Евгения порозовела от смущения, – и вы туда же, ловелас покалеченный?

– Чему вы удивляетесь? Меня еще никогда не лечили такие симпатичные доктора. Тем более незамужние.

– А у меня еще никогда не было таких несносных пациентов!

– Видите, мы созданы друг для друга. Мое предложение о свидании остается в силе, Евгения. Так как, вы согласитесь сходить со мной куда-нибудь?

– Не говорите глупостей, – отрезала Белявская.

Но Владимир видел, что его предложение не оставило ее равнодушной. – Вы нарушаете больничный режим, все предписания врачей, а потом еще хотите, чтобы я пошла с вами на свидание? Это уже просто верх наглости.

– А чего зря время терять, Евгения? Я уже не мальчик.

– Вот встанете на ноги, тогда и посмотрим, – уклончиво ответила Белявская. – Кавалер на костылях! О том ли я мечтала…

– Ради вас я готов на все что угодно.

Но в больницу больше не вернусь.

Белявская шумно вдохнула, собираясь еще что-то сказать, но в это время напомнил о своем присутствии Борис Макарский.

– Евгения, нам бы с вами поговорить подробно о случившемся, – встрял он. – Может, заглянете в полицейский участок? Расскажете мне все, что вам известно о погибшей. Как я понял, вы с ней давно знакомы?

– Да, когда-то мы с Юлией работали вместе… Разумеется, я в вашем распоряжении, – кивнула Белявская. – Завтра утром подойдет? Часов в девять?

– Отлично, – тут же согласился Макарский.

 – Буду ждать вас у себя.

Владимир Мезенцев недовольно поморщился.

«У себя»? Старик уже занял его кабинет, хотя утверждал, что ни на что не претендует. Нужно поскорее привести себя в норму. Сколько можно ощущать себя древней развалиной!

Но как поскорее вылечиться, Владимир не знал. Спина и в самом деле ужасно болела, только сильные болеутоляющие помогали ему держаться на ногах.