Чернокнижец. Зеркальные врата теней

– Хочешь сказать, что этот смешной толстячок собирается стать повелителем всего сущего? – прыснул Чернокнижец. – Что-то я в этом сомневаюсь. Кто ему это позволит?

– Понятия не имею, чего он хочет на самом деле, – призналась Агата. – Но ясно, что ничего хорошего. Как только исполним его приказ и Анаит снимет с меня свое клеймо покорности, я тут же смоюсь подальше от этой теплой компании. Так далеко, что они больше никогда в жизни меня не найдут! Но для начала… – Девушка сжала стеклянную вилку так крепко, что костяшки ее пальцев побелели.

– Сто?ит ли? – с сомнением проговорил Денис. – Ты же видела, на что способна эта старуха. Она гораздо сильнее нас обоих. Мне даже кажется, что она не совсем человек. Помнишь ту ночь, когда она воскрешала княгиню? В зареве за ее спиной мелькали такие жуткие твари, сплошь тени и щупальца… Это те, кто поддерживает ее. Те, у кого она черпает свою силу. Нечто гораздо более древнее, чем мы можем себе представить.

– У любого исполина можно найти слабое место, нужно только хорошенько поискать.

– Ахиллесову пяту? – подсказал Денис.

– Что? – не поняла Агата. – О чем ты?

– Проехали, – отмахнулся Чернокнижец.

Он вспомнил, что юная ведьма плохо знакома с земной мифологией.

Они почти закончили ужин. Официантка разносила по залу блюда и напитки на большом стеклянном подносе, ловко лавируя между столиками. Тут одноглазый тип, сидевший у окна трактира, вдруг поднялся со своего стула и замер в проходе между столами, скрестив руки на груди.

– Эй! – развязно крикнул он. – А ведь ты Агата!

Он не спрашивал, он утверждал. Денис удивленно взглянул на него, не поверив своим ушам, но Агата сделала вид, что не расслышала. Она подцепила вилкой последний ломтик картошки и с наслаждением разжевала его. Когда одноглазый закричал снова, на ее лице не дрогнул ни один мускул.

– Эй ты! – не унимался тип. – Я вообще-то к тебе обращаюсь! Слышишь меня, зеркальная ведьма?

Шум в трактире мгновенно стих.

– Вы меня, должно быть, с кем-то спутали, – холодно произнесла Агата, отложив в сторону стеклянные приборы.

– Ага, как же! – фыркнул одноглазый. – Что, не узнаешь меня? Ну еще бы, в нашу последнюю встречу я разгуливал с двумя глазами.