Афанасий Никитин и Создатель механизмов

– Можно с тобой сфотографироваться? – как раз спросила Олеся Кузевич.

– А мне можно автограф? – поинтересовался один из мальчишек. – Жаль бумаги нет… Но ты можешь расписаться у меня на руке! Я потом недели две мыться не буду, обещаю!

– Оставьте ее в покое, – важно заявил Сема. – Мартина устала с дороги, ей нужно немного отдохнуть.

– Что тут происходит? – спросил Афанасий, приближаясь к скамейке.

Наворотилова хмуро взглянула в его сторону. Наверняка все еще дуется на него за тот случай на Симплеяде.

– Мартина, – учтиво кивнул ей парень. – Ты что такая хмурая? В твоем клубе богатеев сегодня крыс морят?

– Почему бы тебе не закрыть свой рот, белобрысое ничтожество, – последовал ответ, который Никитина просто обескуражил.

– Молчу, – кивнул парень. – Можешь даже не смотреть в мою сторону.

– Афанасий! – обрадовался Сема. – Тебе удалось удрать от этих болванов? Я так за тебя переживал, едва аппетита не лишился!

– Вижу, – усмехнулся Никитин. – Но что тут делает неприветливая Мартина?

– Я же говорил, что она от меня без ума, а мне никто не верил.

– Естественно, ведь я хорошо ее знаю, – Афанасий смерил Наворотилову взглядом. – И помню, как вы с ней расставались. Особой любовью это точно не назовешь.

Тогда на Симплеяде Мартина куда больший интерес проявляла к Афанасию, нежели к Семену. А когда узнала, что он младше ее, рассвирепела так, что Афанасий всерьез испугался за собственную безопасность.

– И давно она прилетела? – спросил Никитин.

Мартина отвернулась от него и вдруг положила голову Семе на плечо.

– Сегодня! – довольно ответил толстячок. – Я же говорил, что она прибудет на мой день рождения.

– До него еще почти две недели! – заявила Олеся Кузевич.

– Она больше не могла терпеть нашу разлуку, – заявил Семен.

Афанасий изумленно вскинул брови. Что-то не сходилось… Определенно, здесь что-то не так! Не может Мартина примчаться на Землю с другого конца галактики ради дня рождения Семена, которого она на дух не переносила.

– Прости, но верится с трудом, – честно признался Никитин.

– Ты не веришь в нашу любовь?! – округлил глаза Семен. – Да тебе просто завидно! У тебя-то никого нет.

Олеся Кузевич рядом с Афанасием томно вздохнула и закатила глаза.