Дневник советского детектива

Затем наиболее активная часть населения шла пополнить съестными припасами свою ячейку, навестить членов рода, просто посмотреть на собратьев, подышать свежим воздухом. Но уже во второй половине дня, ближе к вечеру, на территории муравейника начинали разгораться огоньки локальных конфликтов, чтобы часам к двадцати вовсю загреметь грозовыми раскатами.

Беляев находился в кабинете, приводя в порядок дела оперативно-разыскного учета и поджидая Авраменко. Несмотря на законный выходной день, все инспекторы угрозыска в отличие от других сотрудников ГОВД обязаны были приходить в Отдел к десяти утра, а уходить – как позволят текущая обстановка и главный распорядитель Полесов.

Такой режим работы нигде не был прописан, но негласно насаждался и приветствовался руководством. Если ты пришел в субботу, а потом был замечен в Отделе еще и в воскресенье, значит, ты горишь на работе и вправе рассчитывать на толику благосклонности начальства. Этот авральный ритм мог бы быть оправдан лишь одним обстоятельством – таким же бешеным запредельным валом преступлений и необходимостью их раскрытия.

А вот и первый звонок из дежурки. Алексей взглянул на часы, была всего лишь половина десятого. «Рановато для заявителей», – подумал он. Голос дежурного был напряжен и необычно серьезен:

– Там к тебе девушка с парнем, кто-то у них золото отобрал, – и приглушенно добавил: – Это племянница первого секретаря горкома Белых.

Первый секретарь горкома КПСС был непросто весомой фигурой для их небольшого города.

Порой в подобных случаях у него рождались ассоциации с медицинской практикой: вот сейчас к нему в кабинет зайдет очередной пациент, он выслушает, что того беспокоит, определит диагноз и предложит больному план лечения и профилактики на будущее.

Вскоре раздался стук в дверь и в кабинет вошли парень с девушкой, обоим на вид чуть больше двадцати лет. Из взволнованного и местами сбивчивого повествования племянницы Белых, откорректированного уточняющими вопросами оперативника, постепенно стала вырисоваться картина «заболевания».

Марина и Павел, так звали посетителей, находились в отношениях и, более того, собирались пожениться.